— Тогда зачем ты пришёл?

— Мне интересно…

— Что тебе интересно?

— Почему этот дом проклят?

— Какое тебе дело до проклятия?

— Я ничего подобного раньше не видел.

Призрак прищурился, рассматривая пугало.

— Значит, ты не желаешь этому дому зла?

— Зачем мне это?! — удивился Аах.

И этим вопросом он поразил призрака. Поколебавшись, тот спросил:

— Тебе правда интересно?

— Да. А еще я вижу, как вы страдаете. И хочу понять, почему. Я плохо понимаю человеческие чувства, поэтому мне очень любопытно за ними наблюдать и выслушивать. И еще интереснее, когда передо мной не человек.

— Н-да? Ну заходи, — махнул рукой призрак, исчезая в темном коридоре дома.

Пугало молча проследовало за ним. В коридоре он остановился возле необычной картины. Оттуда на него смотрел молодой человек в хорошем костюме и с очень печальным лицом. Глаза передавали такую непреодолимую тоску, что Аах невольно задал вопрос человеку с картины:

— Что с тобой?

Но ответа не последовало, а от картины как будто на мгновение повеяло холодом. Но лишь на мгновение. Ааху казалось, что человек на портрете живой, настолько детально удалось художнику нарисовать изображение. А затем Аах увидел, как по щекам молодого человека с портрета потекли слезы.

«Какая странная картина», — подумало пугало, с увлечением рассматривая её.

— Это не просто картина, — словно в ответ на его мысли сказал призрак.

— А что это?

— Это тюрьма. Один чародей, забавы ради, заточил в неё хитрую ведьму. И ночами, как только рядом с картиной появляется живой человек, он меняется местами с тем, кто нарисован на портрете.

— А что она здесь делает?

— Висит, — пожал призрак плечами и первым вошел в гостиную.

Последовав за ним, Аах увидел два кресла прямо у широкого окна, выходящего на лицевую часть дома. В одном уже сидел призрак и жестом предложил пугалу сесть во второе. Здесь же было несколько картин, стол и стулья, всё затянуто полотнами ткани от пыли. На стенах висели старые, покрытые паутиной светильники.

— Как тебя зовут? — спросил призрак.

Теперь Аах мог его рассмотреть получше. Старый камзол, редкие седые волосы, высушенная и натянутая просвечивающаяся кожа, ушедшие в глубину глаза. Голос призрака был под стать внешности — с хрипотой.

— Аах.

— А я Михаил.

— Михаил, почему вы хотели на меня наброситься?

— Я думал, ты пришел со злыми намерениями. Но я не чувствую в твоих словах лжи или фальши, и это меня удивляет. Откуда ты, Аах?

— Я иду с Южных полей.

— А с какой целью?

— Ищу человека, что подарил мне свое время.

— Он твой создатель?

— Нет. Просто… фермер.

— Тогда зачем он тебе?

— Я просто хочу его найти. Возможно, он скажет мне кто я.

— А ты разве не знаешь? — удивился призрак.

— Я знаю лишь, ЧТО я такое. Но я не знаю, КТО я, — покачало головой пугало и, меняя тему, спросило: — Михаил, а что это за дом? Я никогда ничего подобного раньше не видел.

— А что ты видишь? — с легким прищуром спросил хозяин дома.

— Боль. Очень много боли и страданий. А еще что-то… Похожее на надежду.

Призрак изобразил вздох.

— Ты ведь не спешишь?

— Нет, — мотнул головой Аах.

— Это долгая история.

— Я люблю истории.

— Хех, ну слушай. Давно… очень давно в этом доме жила семья. Муж, его супруга и ребенок. Мальчик. Когда ребенку был год, мужчина погиб, и мать с ребенком остались вдвоем. Женщина вложила всю свою любовь в сына. Шло время, ребенок рос. И когда вырос, как это обычно бывает, он влюбился.

— Если любовь… То почему нет счастья?

— Потому, что любовь не всегда означает счастливый конец. Любовь — это великая сила, способная иногда на очень страшные вещи. Так и случилось. Девушка играла с ним, забавы ради говорила, что любит, но это была ложь. Она вертела парнем как хотела, а он слепо слушался. Однажды она потребовала сердце… Сердце его матери в обмен на обручение с ней. И вот одной темной ночью он вырвал из материнской груди сердце и побежал к своей возлюбленной. Он не видел дороги, отчаянье заполнило душу. Споткнувшись, он упал и выронил сердце. И в этот момент он понял, что натворил. Из сердца раздался голос матери. Она спросила, не ушибся ли он, и если нет, то пусть поднимется и понесет её дальше. Непослушными руками он поднял сердце с земли и на подкашивающихся ногах пошел вперед, — призрак не отводил взгляда от пустого камина, а Аах слушал, не перебивая. — Когда он принес сердце матери девушке, она забрала его, а парня выгнала прочь. Она использовала его, и он это понял, а вскоре умер. Его собственное сердце не выдержало той боли, которую он причинил матери.

— А сердце матери?

— Оно так и осталось в доме той девушки. Оно ведь не простое. Могущественной светлой колдуньей была его мать, многих людей она исцелила и еще многим могла бы помочь. Но этому не суждено было сбыться.

— А как же этот дом?

— Он оказался проклят. Душа парня так и осталась в доме навеки, чтобы страдать в этих стенах. Первый владелец после приобретения сошел с ума. От кошмарных снов, от голосов, от постоянной апатии и чужой боли. Он повесился. И стал первым хранителем. Каждый раз, когда дому угрожает опасность, мы выходим на белый свет и отводим беду. Когда же появляется новый хозяин, мы передаем ему свою роль и уходим на покой, потому что сами разделяем боль того парня. Вот она, настоящая сила любви. Ради нее живут, умирают и даже убивают.