— Всё. Не ссоримся, - подвожу итог беседы. — Лишь бы до заката успеть по всем пунктам разобраться.

— Если что, ты их всех быстро убьёшь — и мы побежим, — крайне непоследовательно говорит дочь кочевого народа.

— Вот как тут не выругаться? — взмахиваю рукой и не говорю вслух, что убить одного гораздо проще, чем десятерых плюс двух.

Когда владелец вбежал в свою оружейную лавку, его дядя даже удивился: настолько на племяннике не было лица.

– Что случилось?

Прочие присутствующие эльфы тут же прекратили разговор и тоже впились взглядами в вошедшего.

– Ювелир хочет отдать эту Жёлтую местной страже! Она менталист!

Если до этого мгновения в лавке царили отстранённость и расслабленность, то сейчас от былого спокойствия не осталось и следа.

– Говори быстро и коротко, — скомандовал дядя.

Попутно указывая жестом паре соплеменников подать из соседнего помещения нужные ящики.

– … видимо, вмонтирован в стол! Или в писчий прибор, — перевел дух рассказчик через менее чем минуту. — Он посмотрел — и что-то про себя придумал!

– А почему ты решил, что менталист — именно наша? — задал вполне резонный вопрос один из спутников родственника, доставивший вместе с остальными нездешними дроу очередную партию товара.

– А что, хуман что ли?! — абсолютно искренне парировал торговец оружием. — Обезьяна-хуман? Или вообще вонючка?!

– Если бы менталистом были человек или орчанка, они бы вели себя чуть иначе, — согласился его дядя, без колебаний извлекая из поданных ящиков самострелы. — Иерархия б иная была.

Никому и в голову не пришло, что дроу может занимать в компании низших подчинённое положение.

– Этот товар шёл не сюда, не в этот город, — недовольно напомнил один из сопровождающих.

– Оставим Жёлтую без помощи? — вопросительно поднял бровь владелец цепи поставки.

То, что его племянник осел в городе людей, было как нельзя кстати. Во всех отношениях.

Но товар поставлялся на условиях отсрочки платежа. До оплаты, реальным владельцем оставался старший родственник.

– Если мы перебьем местную стражу, лавку здесь можно будет закрывать, — без видимых эмоций проинформировал самый немногословный из дроу. — И всё дело тоже в этом графстве свернем.

– Ты не понял? — дядя хозяина магазина отбросил даже претензии на вежливость. — Из Песков вышла Жёлтая! Она куда-то ведёт хумана и вонючку, является при этом менталистом! Она абсолютно честно хотела сменять натуральные камни на деньги, даже закрыла глаза на разницу в цене… Что, совсем не понимаешь?!

– Не так много, как ты, — явно ради проформы оставил за собой последнее слово его оппонент. — Ладно, пойдём, что ли? Какой план?

– "Ветвей наших деревьев не смеют касаться чужаки", — жёстко процитировал достаточно избитую фразу старший родственник хозяина лавки. — Мы просто проконтролируем надлежащее отношение низших к нашей соплеменнице.

– Дядя прав, — неожиданно для всех подал голос самой молодой, он же — номинальный владелец помещения. — Мы не можем позволить обезьянам так обращаться с первородными. Особенно со своими. Если такое спустить, дела в этом графстве и так придется сворачивать.

– Молодой прав. Если дать вытереть ноги о себя и о свой народ один раз, о заработках здесь точно можно будет забыть. Вспомните, что о коротконогих сейчас говорят…

***

Один из полусотников стражи графства, получив оговоренный сигнал, с дежурным десятком очень быстро прибыл к вызывавшему его ювелиру.

В рабочем кабинете торговца он застал троих гостей города (бирки, полученные на въезде, дисциплинированно висели у тех поверх одежды).

Сам вызвавший, направив на посетителей неплохой универсальный боевой амулет, пояснил с порога:

– Один из них — менталист. У меня сработал один из предохранителей. Я думал, это может быть вам полезным.

То, что ювелиры всегда и везде защищают своё дело с запасом, секретом не было ни для кого.

В принципе, обладая определенным уровнем мастерства, какой-нибудь менталист действительно может очень здорово повлиять на решения банкира. Или ювелира. В свою пользу, исчисляющуюся сотнями золотых.