Шрифт:
– Тебе твоя, — надсмотрщик кивнул на Асем, — потом все уши проклюет. Если только она у тебя тоже не рабыня.
– Опытный, - с неожиданной ненавистью пробормотала Хе, сверкая глазами. — А товар неудобный: девчонки строптивые, рабынями не будут. Ночью могут и глотку перерезать, если…
Полукровка не договорила, но Асем неожиданно поняла, что ей есть ещё о чем расспросить подругу. На досуге, без свидетелей.
– Сестра, помоги. — Одна из двух соплеменниц смотрела только на Асем.
Орчанка коротко хлопнула Вадима по плечу:
– Дашь денег? Или у нас уже нет?
Её новые способности сейчас неожиданно сработали, как надо. В глазах человека она прочла и нежелание вешать на шею лишнюю обузу, и тягучую тоску, и много чего ещё.
– Сколько? — внешне абсолютно спокойно спросил хуман орквуда.
– Сотня золотом за обеих.
– Откуда такая цена?! — неожиданно спокойно возмутилась Хе. — Они что, из графского рода?!
– Хочешь продать сложную в содержании проблему по цене племенных орквудских жеребцов? — поддержал метиску человек, изображая снисходительность.
Но именно что изображая. Обоняние говорило орчанке о его настоящих чувствах лучше, чем слова и интонации.
– У вонючек нет графов, — с широкой издевательской улыбкой ответил надсмотрщик. — Человек, говорю с тобой, не с твоими бабами. Если хочешь потрахать сплошной темперамент — второго шанса может и не быть. У меня есть ещё ребёнок из их семьи, их младший брат. Годика полтора-два. Думал, не довезу живым…
– Зачем связывался? — ровно и спокойно спросил Вадим. — Куча хлопот, цена нулевая. В чем выгода?
– А ты этих иначе не заставишь делать то, что тебе нужно, — пояснил орквуд, улыбаясь и кивая на соплеменниц Асем. — А так, пригрозишь, что голову клопу открутишь — и делай с ними, что хочешь. Не пикнут. А пацану обычное молоко пока можно давать, крепкий наредкость.
– Руын кым? — глухо спросила Асем, поднимая глаза на девочек.
– Эй, хуман! Уйми свою бабу! — мгновенно вспыхнул орквуд и бросил пару слов вглубь загородки.
Оттуда мгновенно появилась ещё половина десятка его товарищей.
– Не надо лезть к моему товару с разговорами, — угрожающе продолжил надсмотрщик. — Покупаешь — покупай. Не больше.
– Купишь — хоть обспрашивайся, — весело хохотнул кто-то из присоединившихся к нему соплеменников.
После чего с размаху хлопнул одну из девочек по ягодице.
Та, обернувшись на него с ненавистью, хотела что-то сказать, но получила очень сильный удар в живот и захлебнулась кашлем.
– Сто монет — хорошие деньги, согласен, — жизнерадостно продолжил владелец товара. — Но поверь, такой темперамент их стоит. Года полтора, пока их пацан не подрастет, точно будут шёлковыми.
– У меня нет таких денег, — предсказуемо для всего окружающего базара ответил человек. — Камнями возьмёшь?
А в этом месте напряглись все, включая стражу особых рядов.
– Вон там сдашь свои камни за деньги, — орквуд указал взглядом на ряды с дорогим товаром. — Потом можешь вернуться ко мне. Здесь твои камни — если я правильно угадал, о чём ты — только магам на амулеты и нужны. Пойди, поторгуйся. Я до заката ещё здесь.
Глава 22
– Извини. — Коротко и глухо сказала орчанка, когда они прошли отгороженные ряды с живым товаром и направились в сектор ювелиров, магов и дорогого оружия.
– Тебе не за что извиняться, — вздохнул человек, обнимая её за плечо. Тут же, правда, спохватываясь. — Упс, при всех… — но руку не убрал.
– Нормально, — сосредоточенным голосом ответила за Асем полукровка, опуская свою ладонь Вадиму на талию. — Теперь у нас полная симметрия, с обеспеченным мужчиной посередине. — Задумчиво заключила она.
Асем вдруг беззвучно всхлипнула, удерживая спину ровной и шагая почти на прямых ногах.