Шрифт:
– Ущипни её за жопу, — на полном серьёзе предложила Хе. — Она в том состоянии, которое ты называешь эмоциональным шоком. Я, конечно, не менталист с талантами; но по ауре вижу.
– Вы не представляете, через что им пришлось пройти, — отстраненно и заторможено сказала дочь степного народа. — Я увидела мысли…
А в следующий момент она неприкрыто и во весь голос разревелась. Сотрясаясь на каждом шагу, вздрагивая плечами и шмыгая носом.
– Асем, я к тебе очень хорошо отношусь. — Серьёзно сказал Вадим, предварительно оглянувшись по сторонам и убедившись, что их никто не слышит.
Проход между рядами был широким.
– Но ты бы лучше взяла себя в руки, потому что ты выводишь меня из равновесия, — продолжил хуман. — А если я сейчас буду думать не о деле, а о том, как бы успокоить тебя, получше и поскорее…
– Мать, сейчас я тебя за жопу ущипну, — буднично пообещала Хе со своей стороны. — Ты лучше думай не о том, что с ними… а о том, как нам их поскорее оттуда вытащить.
– Что тут думать? — размазав слёзы по лицу, уже гораздо спокойнее ответила кочевница. — Сейчас идем в ряды ювелиров. Я там сама не торговала никогда и не покупала, но чуть-чуть ориентируюсь… продаём изумруды Вадима. На ork'sha в тех рядах точно никто не говорит. Если мне что-то покажется подозрительным, я тут же скажу.
– Принимается, — из вежливости согласился спутник только затем, чтобы отвлечь орчанку от грустных мыслей.
— До чего идиотская ситуация.
— Что тебе не нравится? — тоном занятого человека уточняет Хе.
Наша коневладелица по инерции шмыгает носом и глядит исключительно себе под ноги.
— По меркам моей страны, у меня камней… э-э-э, на несколько дорогих домов для обеспеченных людей. — На всякий случай стараюсь говорить потише, хотя нас никто и не должен понимать. — А приходится вертеть головой по сторонам, чтобы придумать, что делать.
В самой первой лавке, куда я, недолго думая, обратился с вопросом, мне вообще ни слова не ответили и указали на дверь.
Девчонкам этого не понять; но лично я сразу вспомнил многочисленные офисы в одинаковых коробках однотипных зданий — и вездесущих коммивояжеров, засовывающих свой нос по очереди в каждую дверь. Предлагая при этом дешёвые китайские фены, мясорубки, ножницы и тому подобный копеечный хлам.
Изображать из себя такого вот специалиста, ещё и с имеющимся товаром, совсем не хочется. Не нужно семи пядей во лбу, чтобы понять: такие вещи, скорее всего, продаются только по проверенным каналам.
Я же абсолютно не специалист по натуральным ювелирным камням, ни там не был, ни здесь. Каким образом ко мне в рюкзак попал Чапин мешочкек, тоже понятия не имею. Но теперь и не уточнишь.
Поначалу даже мелькнула мысль: бог всё-таки есть. И в чувстве юмора либо иронии он сам себе не отказал. Интересно, а как будет оправдываться Чапа дома, когда…
— Слушайте, там эльфы, не люди, — Хе кивает в сторону одной из лавок, вход которой закрыт занавеской из каких-то сплетенных между собой водорослей.
— Ты хочешь изобразить свою? — говорим вслух одновременно с Асем. — Сквозь ткань видишь? — добавляю я.
После чего орчанка, наконец, слабо улыбается.
— До захода солнца ещё часа два, — невпопад сообщает она.
— Да, ауры видны… Раз гномов вокруг не предвидится, действуем как договорились, — наша дроу-орчанка, смерив нас оценивающим взглядом, уверенно направляется к ушастым торговцам клинковым оружием.
Асем рассказала ей, что у нас был кое-такой опыт реализации золота и камней. К сожалению, представители подгорного народа тут почему-то отсутствуют.
— Добрый день, — с порога поздоровалась незнакомая соплеменница, оглядываясь по сторонам и не заходя далеко внутрь.
Её спутники (то ли охрана, то ли товарищи), остановились позади неё.
– Что-то хотели? — спокойно уточнил один из темных эльфов-мужчин, отрываясь от беседы с коллегами и родственниками.
Компания была странноватой. Откровенная орчанка, пусть и покрытая вуалью по обычаям южных людей; одетый в гномью одежду хуман; и своя, молодая дроу. То ли наёмница, то ли…
Темный чуть озадачился, поскольку не смог для себя уверенно назвать род её занятий. Ещё этот странный орквудский кинжал на боку. Хм, и у орчанки такой же.