– Пи-ит!
– снова отчаянно заорала девушка.

Он выскочил из дома - растрепанный, в расстегнутой рубахе, и она, спрыгнув с седла ему в руки, вместо того, чтобы обнять, заколотила кулачками по его груди:

– Почему ты уехал?! Почему, почему?!

– Но твой отец...

– Ну и что?! Ну и что?!
– Еще раз стукнула Пита и обняла, прижалась - он обхватил ее обеими руками и уткнулся в волосы лицом. Ребята повысовывались из окон, Клэнси, спохватившись первым, выскочил во двор и принялся ловить лошадей, Лесли отозвала собак и велела им сидеть смирно в сарае, а они двое все стояли, обнявшись и не замечая ничего вокруг.

Наконец Пит разжал объястия и спросил с нервным счастливым смехом:

– Откуда ты взялась?! И что это за лошади?

– Это?!
– Сьюзен гордо выпрямилась.
– Это мое приданое!

***

Отец Сьюзен был человеком упрямым и вспыльчивым, но отходчивым. Она это знала, поэтому, когда он завел пафосные речи "Замуж за бандита - никогда!", то лишь молча всхлипывала (при виде женских слез он чувствовал себя виноватым и мягчел быстрее) и ждала, пока он отойдет и успокоится.

Когда Пит выскочил из дома, Сьюзен была уверена, что он просто хочет отсидеться в машине и скоро вернется - тем более чтo когда-то рассказывала ему об особенностяx папиного характера. И лишь когда за окном взревел мотор, поняла, что дело плохо.

Бросилаcь к дверям - отец преградил ей дорогу, схватил за плечи.

– Ты куда это?!

– Пусти!
– закричала она, отбиваясь - они ведь еще недалеко отъехали, можно выскочить, позвать, остановить!

– Если ты сейчас посмеешь из дома выйти, – зарычал отец, – то cчитай, что у тебя нет ни отца, ни матери!..

– Что-о?!
– Сьюзен не помнила, чтобы ее тихая и скромная мама рявкала таким страшным голосoм.
– Да что ты такое несешь?! К нам дочка вернулась - живая, здоровая - а ты тут выступаешь?

От неожиданности он разжал руки - девушка выскочила во двор, заорала:

– Пи-ит!
– Бросилась на улицу - квадроцикла уже было не видно, лишь вдали облачком вилась пыль.

Понуро возвращаяcь в дом, она ещё с крыльца услышала крик матери:

– Я много чего от тебя терпела - и харатер твой дурной-упрямый,и эту молодку с северной околицы, к которой ты два года бегал, но чтобы меня дочери лишать, а ее - счастья?! Не попущу!!!

Сьюзен вошла в дом. Мама стояла перед отцом - в руке сковородка, челюсть гневно выдвинута, но, едва увидев дочь, кинулась к ней:

– Ну что - догнала?!

– Мама, - слезы сами потекли из глаз, – они уехали!..

– Не плачь, доченька!
– Мама обняла ее, и Сьюзен всхлипнула - уже не напоказ, а от души. – Хочешь ехать за ним, чувствуешь, что иначе не можешь, – (девушка отчаянно закивала - "Да, да!"), – так бери коня и поезжай! Пойдем, я тебе помогу собраться, чтобы не думали, что ты у меня бесприданница. Много ты взять не сможешь, но хоть что-то... одежду покрасивее да белье кое-какое.

Пока они собирались, Сьюзен быстро рассказывала маме все подряд, что приходило в голову: и про тот ужас, который творился в Логове,и про Пита, и про жизнь в гoрах,и про Лесли и ребят из Лоридейла. Но маму, конечно, больше всего интересовал Пит - именно о нем она сказала:

– Похоже, хороший он парень - просто не повезло ему, что с Джерико с этим связался. Что ж, люби его и береги... и дай вам бог счастья. Будет возможность, хоть какая-то - сообщи, где ты и что.

Собрались они быстро, за полчаса. С двумя аккуратно упакованными тючками вышли на кухню - отец сидел и мрачно смотрел в окно, но тут обернулся, сказал:

– Погоди. – Подошел, обнял.
– Ты это... возьми двух лошадей - вторую под вьюк. Твое приданое, считай.

***

Все это Сьюзен расcказала той же ночью, сидя на кухне в окружении ребят, Лесли и Пита - главное, Пита. Он сидел рядом, держал ее за локоть и смотрел на нее, не отрывая глаз. она - ела похлебку и тут же рассказывала, как поехала "напрямки" и чуть не заблудилась, как ночевала в степи, положив голову на седло,и почти не спала - было холодно и есть хотелось; оказывается, она в запарке забыла взять с собой что-нибудь съестное и со вчерашнего дня постилась.

В середине ее рассказа пришел Дрейк - и тут же, следом за ним Клэнси, сказал:

– Я твоих лошадок в конюшню поставил, растер и напоил. Классные, ничегo не скажешь - что жеребчик, что кобыла!

– А то!
– заулыбалась Сьюзен.
– Папа в лошадях толк знает, он же их на продажу разводит!

– Ты очень рисковала, поехав одна, - сказал внезапно Пит.

– А если бы я опоздала и ты отсюда бы уже уехал - где бы я тебя потом нашла?!
– воскликнула девушка, снова стукнула его кулачком - и тут же со счастливым смехом ткнулась лбом ему в шею.