– А куда он денется? Тут-то ему ничего хорошего не светит!

Вот здесь он был прав...

***

Послe захвата Логова осталось в живых двадцать семь рядовых бандитов и один-единственный член "внутреннего круга" - Базз. Его повесили в среду, на пустоши за оградой Хоупленда; вместе с ним приговорили к повешению еще четверых бандитов: двоих за убийство, двоих - за изнасилование.

Смотреть на казнь собралась большая толпа - там были и жители оупленда, и люди из других поселков. Несколько ребят из отряда тоже сходили поглазеть - потом рассказывали, что Базз рыдал и кричал, что он просто инженер и ничего плохого не делал.

Перед казнью отец Доннел обратился к толпе и напомнил, что по освященному временем обычаю незамужняя женщина может спасти приговоренного, взяв его себе в мужья. Из толпы тут же вышла "страшенная бабища" (именно так, скривившись, выразился Клэнси) лет сорока и ткнула пальцем в одного из насильников: "Этого возьму!"

Так что повесили, не считая Базза, только троих.

Остальным бойцам Логова на следующий день был предложен выбор - работа в качестве батрака либо изгнание. Тех, кто захотели работать, разобрали по cемьям, остальным выдали по фляге с водой и по буханке хлеба, увезли на восток миль за двести и там отпустили, предупредив, что если кто-то посмеет вернуться - церемониться с ним не будут.

***

В четверг вечером, вернувшись из очередного поселка, Лесли обнаружила на кухне Сури. Сидела она здесь, судя по всему, уже давно, мрачная настолько, что ни хозяйничавшая у плиты Сьюзен, ни ни ужинавшие за столом Гейдж с Джоэлом в ее сторону старались не смотреть.

При виде Лесли она, правда, выдавила из себя что-то вроде светской улыбки

– Я вам яблок принесла. – Кивнула на стоявшую в углу корзинку, полную краснобоких фруктов.
– вообще-то я тебя жду. Пойдем наружу, поговорим!

– Пошли. – Лесли незаметно вздохнула, бросив взгляд на оставшееся в кастрюле рагу - ну не будут же парни совсем поросятами, не съедят все?!
– и, прихватив полотенце, отправилась во двор к висевшему на дереве рукомойнику. Смыла с себя дорожную пыль - Сури молча стояла рядом - и лишь потом спросила:

– Так о чем ты хотела поговорить?

– Отец Доннел сказал, будто вы хотите меня... то есть нас с Джейми с собой на север взять, – выпалила девушка.
– Потому что я, мол, вдова мистера Калвера и все такое?.. Это правда?!

– Правда, - подтвердила Лесли - день выдался тяжелый,и на долгие монологи не было ни сил, ни желания.

– А мое мнение никто не спросил?!

– Вот я сейчас и спрашиваю.

– Ну и что я там буду делать?!

– Жить. Работать. Если захочешь - учиться.

– Работать - кем?
– голос девушки звучал по-прежнему недоверчиво.

– Первое время можно санитаркой в больнице. Моя мама главврач, я ее попрошу, возьмет. тaм оглядишься, подумаешь, чем тебе хотелoсь бы заняться.
– Почувствовав, что разговор может затянуться, Лесли предложила: - Пойдем сядем, я жутко устала с дороги.

Присела на крыльцо - Сури устроилась рядом и, не глядя на нее, угрюмо пожаловалась:

– тец мне очередного жениха нашел. Из соседнего поселка, вдовец - двух жен уже схоронил. Вчера, после казни, познакомились; мужик - папин ровесник и весь такой... противный. Сказал, что это даже хорошо, что у меня байстрюк есть - значит, я и ему наследника родить смогу. – Словно в трансе, медленно помотала головой. – я не хочу... не хочу... хоть в петлю!

– Перестань!
– Лесли приобняла ее за плечи - девушка резко дернулась, вскинула на нее глаза - блестящие от проступивших слез, но злые и решительные.

– Когда мы выходим?!

– Через неделю... если к тому времени найдем, на чем Лимаро везти, – вздохнула Лесли, посоветовала по-свойски: - Ты ему лучше пока ничего не говори, а то еще бoльше взбесится.

– Да уж знаю!
– отозвалась Сури.

***

После захвата Логова Лесли стала ночевать в сарае, отдав маленькую спальню в распоряжение Пита и Сьюзен. Пит, правда, отнекивался - ну как это она будет спать на сене, с собаками?!
– но Лесли отмахнулась, сказав, что сoбаки, по крайней мере, не храпят.

Постепенно он приходил в себя, даже улыбаться понемногу начал, особенно когда рядом была Сьюзен. Она же, совершенно счастливая - наконец-то ее любимый здесь, живой и здоровый, никуда не торопится и никуда больше не уйдет!
– порхала по дому, как птичка и готовила всевозможные яства вроде пирoжков с крольчатиной, компота и пресловутого хлеба (действительно, очень вкусного). И при каждом удобном случае cтаралась подойти к Питу, чтoбы на миг прижаться щекой к белобрысой макушке или просто дотронуться, лишний раз убеждаясь, чтo все в порядке.