— К тому же, кому как не тебе не знать, что их использование — неприкрытый риск. Они вызывают дикое возмущение системы. Безопаснее голой задницей на ощетинившегося ежа сесть.

— Знаю, Дон. Все знаю. Но сейчас он мне нужен.

Раритетщик задумался. Его глазные импланты в зрачках то сужались, то расширялись. О чем он думал? Искал способ поскорее избавиться от меня или все же хотел помочь?

— Есть одна идея, — наконец сказал он. — Но она такая, как и все, что с тобой произошло за последние пару дней.

— Катастрофическая?

— Сумасшедшая. И она тебе точно не понравится.

— Мне терять нечего, сам знаешь.

— Знаю. В общем, есть один типчик, он торгует всякой дичью, наподобие твоего клонера. Ворует секретные разработки, перепрограммирует их и выставляет за свои. Берет дорого, и порой стоимость исчисляется не только деньгами, но товар его всегда пользуется спросом, что в свою очередь означает, что дело свое знает.

— Ты с ним работал?

— Нет. Он мой прямой конкурент. Во всяком случае, стараюсь в это верить. Зато знаю посредников, которые с ним дела ведут. Всегда хорошо отзывались. Но с ним есть один нюанс. — Дон замолчал, выжидая драматическую паузу.

— И какой? — не выдержал я.

Раритетщик хищно улыбнулся.

— В Просторе ты его не найдешь. Он обитает в Пропасти.

— Ты серьезно? — ошарашено уставился на продавца имплантами я. — В Пропасти? Подожди, подожди. И сейчас ты предложишь мне отправиться туда?

— По-другому не получится, — пожал плечами Дон. — А что ты так напрягся? Пропасть — это изнанка Простора. Думаешь, откуда барыги наркоту и запрещенные импланты и плагины берут? Только оттуда.

Я потер лицо, захотелось выключить глазной имплант и хоть на минуту погрузиться в темноту и тишину. Окунуться в одиночество.

Пропасть — изнанка Простора, сказал Раритетщик. И был прав. Гребаный ад для тех, кто устал дожидаться смерти. Простор — он как Верхний город, в котором каждое здание — отдельная игровая вселенная, где все хорошо и все счастливы, пусть даже и иллюзорно, а если и случаются казусы в виде читерских налетов, то быстро устраняются. Пропасть же — это Нижний город, притом в самом худшем проявлении. Там бал правят наркоманы, бандиты и мошенники. Хочешь заказать убийство — пожалуйста. Нужен какой-то орган, хоть настоящий, хоть модифицированный и клонированный — да раз плюнуть. Любой нелегальный товар или услуга на каждом шагу. Главное — плати. Именно там можно купить чужую личность, а свои грешки спихнуть на кого-нибудь другого. Населяют его беспринципные программисты и хакеры, что как черные маги темного фэнтези насылают проклятия на всех, кто не угоден им или их заказчикам.

В общем, отличное местечко. Да вот только у меня оно вызывает рвотный рефлекс. Я бывал там пару раз, ходил по «магазинам», разглядывал «товар». И ужасался, насколько общество пало. Если и было дно в нравственности, то в Пропасти его давно пробили.

— Хорошо, — сказал я после недолгого размышления. — Где мне его там искать?

— Сейчас узнаю. — Дон взял планшет, начал в нем ковыряться. Импланты в зрачках то расширялись, то сужались. Через несколько секунд ответил. — Кинул запрос его посреднику. Обычно отвечает быстро.

Не успел Раритетщик убрать планшет, как тот пропиликал. Хозяин магазина глянул на экран.

— Уже ответил. Значит, так. Зона Красных Роз, Темная Башня, уровень девятнадцать, сектор девяносто девять. Цифровой идентификатор: один-пять-два-два-сигма. Пароль: «клаустрофобия». Доступ откроется ровно через два часа и продлится пятнадцать минут. Если опоздаешь или пароль окажется неверным, тебя забанят на веки вечные.

— Чертовы конспираторы, — беззлобно выругался я.

— Согласен. Столько на себя замков повесили, что похожи на дверь в сокровищницу. Хотя при их образе жизни это объяснимо.

— Покажи данные, — попросил я. Дон сунул мне планшет под нос, я глянул на экран и сделал скриншот. Мой старенький глазной имплант хоть и устарел, но на такие полезные пустяки все еще способен. — Какой ник-то у него?

— У него их много. Черный Феникс, Рэндалл Ф, Уолт Тусклый. Сейчас он работает без имен. Нет смысла. Приди по заданным координатам и будет тебе счастье.

— Хорошо. Спасибо, Дон. Я перед тобой в долгу. Если выберусь из этого дерьма, обязательно отблагодарю. Но прежде чем уйти, разреши задать тебе последний вопрос.

— Валяй, — встревожено кивнул Раритетщик.

— Я собираюсь влезть в змеиное гнездо и как следует отыметь их гребаную змеиную королеву. Что об этом думаешь?

Дон хмыкнул, улыбнулся, а потом сказал:

— Думаю, это хорошая идея. Но помни: все змеи кусаются, и яд у них смертельный.

Я вышел из магазина Раритетщика в приподнятом настроении. То ли верил в себя, как переполненный амбициями наивный подросток, то ли стимулятор, принятый незадолго до прихода к Дону, ободряюще действовал на мозг. Но голова моя была чиста, а душа — полна решимости.