Ведь как её можно не любить?

Я молча смотрю в знакомые до боли черты лица Лары, стараясь запечатлеть в памяти каждую деталь её необыкновенной, доводящей до безумия красоты, внутри которой живёт нежная, трогательная, сердечно добрая и чистая душа, которую не имею больше права продолжать терзать и день за днём менять, почти незаметно отравляя.

Да, наверное, я всё-таки люблю.

Люблю настолько, чтобы отпустить её, пока ещё не поздно.

Она молчит и не уходит, но на сей раз вовсе не для того, чтобы дать мне возможность её остановить, а просто потому что ей нестерпимо больно и элементарно не хватает сил, чтобы встать, пойти и не оглянуться.

— Лара. — Не выдерживая давящего молчания, я прислоняюсь к её лбу своим и, закрыв глаза, пытаюсь отрешиться от реальности.

Вдыхаю, чувствуя, как искрит в пространстве между нами.

Да… так ослепительно искрит, но почему же этого так мало для того, чтобы дарить друг другу счастье?

Я не собираюсь больше извиняться или что-то объяснять. Она всё знает. И сделала свой выбор, который мне сейчас остаётся лишь принять.

Не потому что хочу, а потому что так надо. Так будет лучше для неё, а может… и для меня.

— Остин… — Уверен, она думает о том же, желая не тянуть больше время и закончить всё как можно мягче и быстрее.

Уйти, пережить и оставить «нас» в прошлом…

— Я отвезу тебя домой. — Накрывая её влажное лицо ладонями, я отстраняюсь.

— Нет, прошу не надо. Я сама.

— Я не отпущу тебя одну, — твёрдо заявляю я, не желая слышать возражений.

— Остин, пожалуйста, лучше вызови мне такси, — нежнее просит Лара с предельным отчаянием в медовых глазах. — Мне так будет легче, чтобы…

Она не находит слов, чтобы закончить предложение, будто защищая своё разрывающееся сердце от произношения их вслух.

Чёрт… Не хочу, чтобы всё так заканчивалось…

Но покорно вызываю машину и разлетаюсь на части, слушая, как безумно медленно и в то же время торопливо тикает стрелка на часах, с каждым тихим стуком подводя нас всё ближе к расставанию.

Смиренно следую за ней по коридору к входной двери, совершенно не зная, что хочу ей сказать. Никакие слова не смогут передать ей то, как мне жаль, что всё так сложилось.

— Не провожай меня, — даже не просит, а требует она.

— Но, Лара…

— Остин, пожалуйста. Останься здесь, — шумно выдыхает красавица, напоследок оборачиваясь ко мне, и выставляет руку вперёд, останавливая. — На этом всё.

Мне нечего ответить, не хочу с этим соглашаться.

Хочу прикоснуться, прижать к себе, вкусить сладость её кожи и чувственных губ, но вместо этого просто стою и понимаю, что ничего из этого сделать я уже не могу.

Хотя… Какого чёрта?..

Рывком хватаю её за шею, вплотную притягивая к себе. Всего одно мимолётное столкновение взглядов, и я до боли впиваюсь в столь желанные губы. Раскрываю языком, жадно наслаждаясь теплотой женского рта, который ещё совсем недавно так надрывно из-за меня кричал.

Я целую отчаянно и страстно, желая надолго оставить о себе воспоминание, в сотый раз эгоистично наплевав на то, что этим делаю лишь больнее нам обоим.

Но она не стонет, не просит и не вырывается, а только пылко отвечает в ответ. Как всегда это делала.

И я «твёрдо» уверен, что наш прощальный поцелуй закончился бы незабываемым прощальным сексом, если бы не внезапно появившаяся на пороге Мэгги.

— Голубки, остудите свой пыл, а то моё старое сердце не выдержит подобного напряжения, — без тени укоризны добродушно произносит бабушка.

— Не говори ерунды. Никакое оно не старое, Мэгги, оно ещё всех нас переживёт. — С трудом натягивая улыбку, неохотно отпускаю Лару и забираю пакеты с продуктами из бабушкиных рук, пропуская её вглубь квартиры.

— Типун тебе на язык, Остин. Мне бы дожить до правнуков, а дольше не нужно. — Она загадочно поглядывает то на меня, то на Лару. — Но вы всё равно не спешите, я могу ещё подождать. Оставьте ваши страсти на потом, а сейчас бегом на кухню. Я чайник поставлю, и все вместе посидим. Давно у меня столько гостей не было. — Мэгги источает превеликую радость, но даже она не утешает меня.

— Спасибо, Мэган, за приглашение, но мне пора, — вежливо произносит Лара, больше не глядя на меня.

— Как? Ты уже уходишь? Вроде же только что пришла.

— Да, мне нужно идти. Уже давно пора… — И даже не прощаясь, она прячет лицо и выбегает из квартиры, плотно закрывая за собой дверь.

Я молча стою с пакетами в руках, не в силах что-либо сказать Мэгги. Но этого и не надо. Она всё сама понимает и тонко чувствует, что сейчас мне совсем не до объяснений.