Калум поднял голову и поймал взгляд девушки, удерживая его, когда Алек лизнул ее клитор одним медленным движением. Она снова кончила, затем обмякла, полностью измученная, словно ее мышцы превратились в желе, растекающееся по полу.

Хватка вокруг ее запястий исчезла, и Калум глубоко поцеловал девушку. Сладко.

— Ты очень красивая, карида.

Кровать покачнулась, а затем Алек медленно поцеловал ее, словно это было самое важное занятие в его жизни. Через некоторое время, достаточно долгое, чтобы ее пульс вернулся в норму, он поднял голову.

— Спасибо, злючка. Мне понравилось.

Девушка вздохнула и открыла глаза. Двое жестоких убийцы, но их лица выражали такое одобрение, что тепло наполняло ее душу.

— Боже, я никогда… хмм. — Почему это было так трудно сказать?

— Продолжай, маленькая кошечка, — сказал Калум.

Хорошо.

— Я никогда не чувствовала себя так раньше. И не кончала так сильно.

— Не могу сказать, что это беспокоит меня, — Алек ухмыльнулся.

— Засранец. — Ее мозг начал возвращаться обратно в череп. — А как же… Вы не…

Калум поднес ее ладошку ко рту и прикусил кончики пальцев, отчего у нее по коже побежали мурашки, как от бенгальского огня четвертого июля, — Мы, позже. Ты устала. Сначала отдохни, кариада. — Мужчина посмотрел на нее так, что она забыла, как дышать. — Мы хотим, чтобы ты была полна сил, когда… — он улыбнулся Алеку, — будет наша очередь.

— О, конечно, как будто после этого я смогу спать.

Братья просто улыбнулись ей, словно забавляясь. Рука Алека медленно двигалась вверх и вниз по ее животу, лаская, как кошку. И прежде, чем она смогла с этим бороться, Вик почувствовала, что погружается в сон.

Шепот на ухо разбудил Калума: — Думаю, теперь твоя очередь.

Мягкие губы коснулись его щеки, а нежные пальцы пробежали по его волосам. Он открыл глаза и встретился с взглядом прекрасных глаз. Иногда медного цвета, иногда золотисто-коричневых от возбуждения, как сейчас.

— Виктория.

Она ухмыльнулась, глядя на мужчину с озорством. Калум порадовался, что девушка пришла в себя, но когда ее пальцы сомкнулись вокруг его члена, все мысли вытеснило возбуждение.

— Чертовски хороший способ проснуться, — пробормотал Алек, и Калум понял, что Вик уселась на колени между ними и обхватила своей ладошкой и стояк Алека.

— И что ты теперь собираешься делать с нами, маленькая кошка?

Клянусь Херне, она была истинным оборотнем, женщиной-воительницей с нежным сердцем. Калум погладил Викторию по щеке, наслаждаясь тем, что она сама потянулась к его ладони.

Девушка нахмурила брови и убрала ручки с их членов: — Я… Я не уверена. Как нам это сделать?

Алек бросил на него смеющийся взгляд, прежде чем улыбнуться Вик: — Тебе придется немного потрудиться, но пока… — со скоростью и силой кахира Алек схватил ее за запястья и потянул вперед, прижимая руки девушки к своим бедрам. Коленями Вик по-прежнему упиралась в центр кровати. Член Алека поднялся к ней, словно улавливая ее запах. — Брат?

Улыбнувшись удивлению, отразившемуся на лице девушки, Калум переместился. Ее упругая задница была вздернута вверх, а запах возбуждения сделал его еще тверже. Он мог бы прикосновением направить Вик в нужную позицию, но зверь в нем упивался ее подчинением только его голосу.

— Раздвинь ножки, кариада, — тихо сказал он.

Дрожь заставила ее грудь качнуться, а затем колени девушки раздвинулись. Он продолжал молчать, не двигаясь, и Виктория раскрыла ножки еще шире. Калум встал на колени между ее бедер и провел руками вверх и вниз по ее спине, лаская стройное тело. Она была кошкой еще до того, как стала оборотнем.

Наша кошка.

Калум опустил руку ниже. Ее киска была скользкой и припухшей, готовой к проникновению. У Виктории перехватило дыхание, когда он нежно поглаживал каждую сторону ее клитора, пока тот не затвердел под его легкими прикосновениями. Она стала еще более влажной.

— Я хочу видеть твой ротик на Алеке, маленькая кошка, — сказал Калум. — Он отпустит одну твою руку.

Брат ухмыльнулся и отпустил левую руку девушки. Вик балансировала над ним на правой руке, всё еще прижатая к его бедру. Алек посмотрел на Калума глазами, наполненными радостью, жаром и удовольствием. Даонаины не очень хорошо переносили проявление доминирующих сторон своих сородичей, но Алек не был одним из них. Он просто наслаждался.

Освободившаяся рука Виктории сомкнулась вокруг толстого члена Алека. Калум услышал его резкий вдох. Девушка сомкнула губы вокруг ствола мужчины, глубоко втянув его в рот, и член Калума запульсировал, словно от зависти.