Девушка потерла живот. От всех этих мыслей у нее разболелись внутренности — она взглянула вниз на свою руку. Вик терла не живот, а грудь. Прямо над сердцем. «Боже, возьми себя руки. А нужно ли? Черт». Виктория вскочила на ноги и прошлась по комнате. «Так или иначе, они не убили ее. Она выполнила свое обещание Лахлану, поговорила с Торсоном. Она была здорова. Завтра она позвонит доктору Рейнхарду и будет пинать его под зад, пока он не одобрит ее возвращение на службу».

«Остаться»… не самая лучшая идея. Она слишком увязла с этими кошачьими братьями. Капитуляция требовательному поцелую Калума. Жаждущие руки Алека на ее теле, рокот его привлекательного голоса, его такие внимательные глаза — Вик задвинула воспоминания подальше. Это был только секс — ничего более.

Вместо этого, стоило подумать о том, какой разнос ей устроит Уэллс, узнав, что она нокаутировала местного.

***

Калум ушел провожать самку, а Алек вышел на крыльцо, предоставив Торсона самому себе. Старик пытался сосредоточиться на опасностях, грозящих клану, но мысли его устремились иным путем. Уперев локти в колени, Джо наблюдал, как в открытом огне кувыркается саламандра. Она взмывала вверх в дымоход, а затем ныряла в угли, поднимая всполохи искр. Один уголек приземлился на ограждение камина — яркое пятно на темном камне, — вскоре его свечение погасло, сменившись матовым черном цветом.

Лахлан был не один, когда умер, и получил утешение от человека. Девушка рассказала не так много, но вспоминая слова Лахлана, она изогнула руки словно обнимала человека.

«Да, его мальчик получил поддержку и утешение в конце». Это знание облегчало его горе. Ведь даже в самом конце мальчик думал о своем старом дедушке с беспокойством. С любовью.

Лахлан не сказал самке: «Позвони дедушке». Он намеренно послал человечку в Колд Крик — город, населенный даонаинами.

«Зачем?»

Торсон наблюдал за тем, как Алек и Калум входят в гостиную, глубоко погруженные в разговор. То, что козантир и его кахир включат Джо в свои планы, было для него подарком, признанием его горя и нужды. Молча он поднялся и подал каждому пиво.

— Двое мужчин в доме. Один в костюме, Вик сказала, что он преступник, другой — бывший военный. — Поблагодарив улыбкой за выпивку, Алек плюхнулся на диван. — Помнишь тех охотников, которых мы спровадили? Выглядели они так, словно имели военную подготовку. Тот, что с бритой головой был, вероятно, Свэйн.

От ветра дребезжали окна, дом скрипел, оседая и напоминая этим Торсона, который пристраивал свои старые кости в любимом кресле.

Калум занял место напротив:

— Мужчина пытался создать больше оборотней с помощью Лахлана, что по каким-то причинам ему не удалось. Теперь он потерял единственного оборотня, которого имел.

— Значит, они попытаются поймать другого, — решительно заявил Алек. — Браконьеры появились уже после побега Вики и Лахлана, и теперь они намного ближе к Колд Крик, чем те, которых мы обнаружили ранее.

— Это не значит, что Лахлан дал им какую-то информацию о нас, но его вещи… или образ мыслей направили их сюда. Теперь мне хотелось бы допросить их, а не просто прогнать. — Сказал Калум. — Даже если для этого мне придется выпотрошить их воспоминания.

Торсон услышал в голосе мужчины чувство вины и сожаления:

— Вы не могли знать, виновны они или нет. — Он покачал головой. — Вы все сделали правильно, козантир.

— Он прав, Калум, — сказал Алек.

С горькой складкой у рта, Калум на минуту уставился на огонь, а потом, потерев лицо руками, сказал:

— Что сделано, то сделано. Я боюсь у нас другая проблема, помимо браконьеров. Поскольку этот мужчина уверен, что укус превращает человека в оборотня, он будет упорно искать Викторию.

— Черт, брат, ты прав. — Алек выпрямился, глаза его выглядели пугающе. — Первым делом, надо выяснить, кому принадлежал или был арендован тот дом. Я начну оттуда.

Когда с горы послышался волчий вой, холодок страха пробежался по телу, проникая в его старые кости. «Были ли те наставившие ловушки люди сейчас в лесах?»

— Я попрошу Тинана получить доступ к военным файлам и найти бывшего морпеха по имени Свэйн.

Делая глоток пива, Калум сказал:

— Мы получим последний адрес регистрации. Поэтому не сможем действовать, пока не найдем их.

— А потом? — проскрежетал Торсон.

Калум посмотрел на старика, демонстрируя, что ярость пылает в козантире также жарко, как и в нем:

— А затем мы разберемся с этими убийцами так, как они того заслуживают.

На следующий день

Вик убрала телефон от уха и уставилась на него: «Ничего себе!» Она готова поверить в то, что Уэллс экстрасенс, как утверждали многие из его агентов.

— Сэр, — девушка прочистила горло, — вы только что сказали, что хотите, чтобы я летела в Вашингтон?

— Если у тебя проблемы со слухом, я снова отправлю тебя на больничный.