Сгустились сумерки. Пришлось включить дальний свет.

Виктор расслабился. Быстрая езда по знакомой трассе действовала успокаивающе. Правда, не давала покоя мысль: а вдруг весть о том, что произошло в Южноморске с Боржанским и его "ребятами", долетит до Ростова скорее, чем он прибудет туда? Анегин, отправляя Берестова к Чикомасу, уверял, что тот законспирирован надежно. Дорожку к Чикомасу знали только Евгений Иванович да он, Виктор. И все же гарантировать ничего нельзя. А вдруг Чикомас уже все знает и успел рвануть когти? Кроме него, Виктор ни с кем из "своих" в Ростове знаком не был...

Туда он добрался утром. И хотя принял несколько таблеток кофеина, которыми снабдил Виктора Анегин, голова все же была тяжелая. Сказывалась нервная, напряженная ночь.

Дверь открыла Берестову незнакомая женщина. Молодая, красивая, с пикантной родинкой на верхней губе. На ней был воздушный, весь в кружевах, пеньюар. В первый свой приезд Виктор ее не видел.

– Михаил Семенович дома?
– бодро спросил он.

– А вы кто будете?
– в свою очередь поинтересовалась женщина, внимательно разглядывая Берестова, однако без удивления и настороженности.

– Виктор... Его друг... Из Южноморска.

– А-а, - задумчиво протянула она.
– Сожалею, но его нет.

– Ага, на работе?
– огорчился Берестов, глянув на часы: было начало девятого.

– Он работает в основном по вечерам, - улыбнулась женщина. И уже серьезно добавила: - Очень нужен?

– Позарез!
– чиркнул Виктор рукой по горлу.

– Прямо не знаю, чем вам помочь... Он на Маныч на охоту подался. Обещал быть завтра... Как только вернется, я скажу... Где вас искать?

– Нет-нет, ждать я не могу, - поспешно ответил Берестов, а сам подумал: "Как не повезло с самого начала, так и пошло все наперекосяк".

– Вы на машине?
– поинтересовалась женщина. Виктор кивнул.
– Тогда можете его найти... Я сама точно не знаю, где охотничий домик, но дам адрес одного человека. Он объяснит, куда ехать...

Этим человеком оказался молодой парень, живший в центре города в "кавалерке" - однокомнатной квартире. Вся она была увешана фотографиями звезд зарубежного джаза. А сам хозяин "кавалерки" был трубачом в эстрадном ансамбле, обслуживающем шикарный ресторан. Михаил Семенович Чикомас, как понял Берестов, играл в этом же оркестре на контрабасе.

"Теперь понятно, почему он работает по вечерам, - отметил про себя Виктор.
– А что, отличная позиция: в ресторане официантки - "свои люди", через которых легко сбывать джинсы, майки и другой товар..."

Трубач, ездивший как-то с Чикомасом стрелять уток, подробно рассказал Берестову, где находится охотничий домик, а точнее, землянка. Километрах в ста от Ростова.

Виктор тут же отправился в путь.

Отыскать охотничий домик Чикомаса оказалось сравнительно легко, хотя он и хоронился среди густых зарослей акаций. Нашел его Виктор по "Запорожцу" старой модели.

Само охотничье пристанище Чикомаса было просто-напросто небольшой землянкой, может быть, даже оставшейся после войны и подремонтированной. Массивная дверь ее была открыта. Виктор вышел из машины и заглянул внутрь. На лежаке сидел Чикомас.

– Здравствуйте, Михаил Семенович!
– приветствовал его Берестов.

Чикомас, как показалось Виктору, не узнал гостя. Его желтоватое угрюмое лицо с мешками под глазами ничего не выражало.

– Помните, я приезжал с товаром? От Евгения Ивановича?
– несколько растерялся Берестов.

– Мало ли кто от кого приезжает, - отдышливым голосом произнес Чикомас.

Он был в охотничьей куртке, сапогах. На дощатом столе лежали патронташ и две утки с окровавленными перьями - трофеи.

– Между прочим, я по важному делу, - обиженно сказал Виктор.
– Вас это оч-чень даже касается...

– А нету у меня с тобой никаких дел, - усмехнулся Чикомас.

– Да ты что в самом деле!
– разозлился Виктор, невольно переходя на "ты".
– Я, дурак, всю ночь не спал, жал сюда, а этот фрайер...

– Полегче, щенок, - прохрипел Михаил Семенович.

– Слушай, Чикомас, - перебил его Берестов, выйдя из себя.
– В Южноморске большой шмон... Если не хочешь, чтоб тебя замели, поехали со мной... Снабдим ксивой... Ляжешь на дно. Не желаешь - выкручивайся сам! Так передал Казак! Все!

Виктор демонстративно вышел из землянки.

Несколько минут оттуда не доносилось никаких звуков. Затем послышалось шевеление, и появился Чикомас. На плече - зачехленное ружье, в руках - патронташ и спортивная сумка, Михаил Семенович сложил все в "Запорожец" и только после этого обратился к посланцу Анегина.