— Теперь ты, Лудус, — проговорил даур, поворачиваясь к сыну. — Давай руку.

Мужчина робко вытянул руку, но когда брусок уже приблизился к ладони, отдёрнул назад.

— Ты признаёшься, что солгал? — спросил Адейр.

— Да, отец, — тихо ответил Лудус.

— Да будет так. С этого часа ты становишься слугой почтенного Айдеана ровно на сутки.

Сказав так, даур покинул хижину, унеся с собой и железный брусок.

— Что прикажете? — опустив глаза, спросил Лудус.

— Позаботься об обеде для нас, — проговорил Юрген. — Ступай.

— Сработало! — радостно воскликнул Элинор, когда Лудус ушёл.

— Да, — улыбнулся Шу. — Ещё раз спасибо, Альфред. Я сам почему-то не додумался.

— Мне уже приходилось сталкиваться с подобными вещами, — ответил Брунен. — А ещё у меня однажды был один подозреваемый, который изображал сумасшедшего. Считал, что если его признают душевнобольным, то он избежит наказания. Так он натренировался так, что улыбался, когда руку в кипяток опускал. Ни звука не издал. А руку обжёг.

— И что, признали его сумасшедшим? — поинтересовался Оташ.

— Нет, — улыбнулся Альфред. — Он тренировался только с кипятком, куда сам руку окунал, и заорал, когда я внезапно капнул на него расплавленным воском со свечи.

— Хороший способ пыток, — хмыкнул Юрген. — Но вот что мне делать с этим новоиспечённым слугой? Ну, допустим, сейчас он занимается обедом. А потом?

— Отправь его в лес за грибами, — предложил Элинор.

— Правильно, пусть мухоморов и поганок насобирает, — ответил Оташ.

— Зато мешаться не будет, — пожал плечами Акст.

— Как бы он этих поганок нам в обед не добавил, — проговорил Альфред. — Ты, Айдеан, конечно, был прав, что отослал его, но в той еде, которую приносил я, можно было быть уверенным.

— Не станет же Лудус травить самого Эльдурина? — возразил Юрген. — Понимаю, меня. Но вряд ли он пойдёт против того, кто им так нужен.

— Пойду я всё-таки прослежу, — сказал Брунен.

После обеда Юрген уже действительно едва не отправил Лудуса по грибы, но тот вдруг проговорил:

— Господин Айдеан, сын Виктора, могу я просить вас ещё раз сыграть со мной в кости?

— Это зачем? — отозвался Шу.

— Я хочу просить вас поставить браслет, который вы выиграли у меня.

— А сам что поставишь?

— Если я проиграю, то стану вашим слугой ещё на одни сутки.

— Тебе так дорог этот браслет?

— На его внутренней стороне написаны руны, и я не скопировал их, не желая, чтобы кто-то ещё мог их прочесть, — признался Лудус.

— Хм, интересно, — Юрген снял браслет и взглянул на надпись. — Действительно.

— Только не произносите! — воскликнул Лудус. — Это заклятье.

— Ты же не веришь в это? — на языке сарби спросил Альфред.

— Как знать, — ответил Шу.

— Что это за язык? — спросил Лудус.

— Очень древний, — сказал Юрген. — Древнее рун. Объясни, что значит это заклятье. Я могу прочитать эти руны, но связать значение воедино…

— Им можно убить, — ответил сын даура.

— И ты хочешь, чтобы я вернул тебе этот браслет? После того, что ты рассказал?

— Но…

— Против кого ты хотел применить его? — вмешался в разговор Оташ.

— Против Бойда, конечно! — ответил Лудус. — Чтобы заклятие подействовало, надо прочитать его, глядя в глаза человеку. Я сделаю это в нашу с ним встречу, ведь она наверняка состоится после той ночи, которая ждёт нас.

— Что-то я сомневаюсь, — проговорил Альфред.

— Ты врёшь, — сказал Оташ Лудусу. — Я это вижу. Ты хотел обмануть Эльдурина?

— Пожалуй, пришло время обратиться за помощью к духам, — проговорил Юрген. — Эльдурин, Альфред и Элинор, отойдите к двери и стойте там. А ты, мой слуга, подойди ближе. И не бойся, заклинание я читать не стану, — в доказательство своих слов Шу надел браслет на руку.

Затем он достал из кармана мешочек с травами, развязал его и бросил часть в горящий очаг. Юрген взял ложку и начал ритмично отстукивать ей по котлу. Когда взгляд Лудуса остекленел, Шу заговорил:

— На твоём браслете действительно заклятие?

— Да, — ответил тот.

— Против кого же ты хочешь его направить?

— Против отца.

— Что-то я этого никак не ожидал, — проговорил Юрген. — Для чего? Почему против отца?

— Я не хочу, чтобы он управлял мной.

— Так заклятие в самом деле может убить?