— Уже поняла, что мне не отвертеться, — в шутку покачала я головой, и не успела продолжить, как у нашего столика появился еще один молодой мужчина в таком же деловом костюме.

— Вы тоже коллега Макса? — спросила я, как только ритуал знакомства был пройден.

— Нет, я банкир, — подмигнул он и добавил, — мы можно сказать с Максом соседи. Живем в "Альбионе".

— Символичное название, — улыбнулась я и, пригубив немного вина, спросила: — Он тоже туманный и белый?

— Скорее, футуристический, — улыбнулся он и спросил: — Вы к нам надолго?

Вопрос был хороший, но пока у меня не было на него однозначного ответа:

— Я приехала в гости к Максу на неделю.

— Я вас не видел ни разу в нашей резиденции?

— Я живу в отеле.

— То есть за вами можно поухаживать? — и он внимательно посмотрел на меня.

Макс так и продолжал сидеть, откинувшись на спинку кресла, и я чувствовала, что он был спокоен, лишь внимательно наблюдал за мной и мне казалось, что я прохожу тест.

— Нет, — ответила я и добавила, чтобы однозначно обозначить свою позицию: — Я приехала к Максу.

— Понял, — склонил голову мужчина и с улыбкой на лице удалился.

— Значит, "Альбион", — усмехнулась я, когда банкир отошёл. — Очень символично.

— Я тоже так думаю.

— Ты амбициозен.

— Я не считаю это недостатком.

Я окинула внимательным взглядом его мир, который кипел жизнью, был таким же напористым, честолюбивым, наглым в желании достичь целей, но безусловно прекрасным в своей перспективности, задумчиво улыбнулась и посмотрела на Макса.

Его глаза полностью отображали этот мир. Макс принадлежал этому будущему — он был таким же упрямым, настойчивыми и цепким, он уверенно шел к своей цели, не страшась поражения.

— Я тоже не считаю это недостатком, — сделала я свой вывод.

Если дома, в Сиэтле, я иногда чувствовала, как неторопливо шло время, как оно обволакивало меня, будто густой туман, то в Лондоне дни бежали настолько быстро, что порой я едва успевала переворачивать очередную страницу моего счастливого фотоальбома, заполненную новыми воспоминаниями.

В первую половину дня я погружалась в свой Лондон. Я ходила по достопримечательностям, музеям и галереям, я исследовала исторические места и сокровищницы искусства в сопровождении милой Кимберли и молчаливого Льюиса, но вечером, когда солнце садилось, я погружалась в совершенно другой мегаполис — Лондон Макса, молодой, агрессивный и шумный Лондон с его собственными законами. Макс продолжал показывать мне свой мир, который нравился мне все больше и больше.

"Сегодня мы едем на автогонки", — и вот мы уже наблюдаем за соревнованиями и делаем ставки.

"Сегодня мы идём в ирландский паб в Сити", — и вот я уже пью айриш кофе и слушаю живую музыку в исполнении талантливых музыкантов.

"Сегодня мы идем в клуб", — утром очередного дня оповестил меня о наших планах Макс.

"Где много народа и музыка бьет по барабанным перепонкам?" — наморщила я нос.

"Не совсем. Это частный закрытый клуб. Там много чего есть."

"Только не говори, что там гуляют члены королевской семьи", — пошутила я, почувствовав серьезные нотки.

"Ты проницательна", — прочитала я и, осознав, что попала в цель, ответила:

"А ты амбициозен."

"И не скрываю этого."

"Вероятно, мне нужно надеть что-то особенное? Как и на вечер в субботу?" — наморщила я нос, чувствуя, что мне предстоит шоппинг.

"Моя карта у тебя. Кимберли в помощь."

"Ты не боишься, что я тебя разорю?"

"Нет."

Я улыбнулась этому быстрому ответу, но отвечать не стала — Макс достаточно хорошо изучил меня и знал, что я никогда не куплю ничего лишнего.

Как оказалось, Кимберли разбиралась не только в лондонских достопримечательностях но и в шоппинге. Сначала она мне предложила воспользоваться услугами персонального байера, но я отказалась, и она предложила свои услуги. Я согласилась и была рада такому решению — она без труда давала мне советы и провела меня по "светским кулуарам" и тонкостям английского этикета.

И теперь я уже знала, что лучше надеть на вечер "GF", чтобы не выглядеть ярче, чем хозяйка этого вечера — Леди Шарлотта Милтон.

И теперь я уже знала, что выбирать наряд в частный закрытый клуб — тоже своего рода ритуал, не менее важный, чем светский раут.

— Этот клуб находится в историческом особняке в Сити, — между тем рассказывала Кимберли. — Члены закрытого клуба всегда должны придерживаться дресс-кода. До 19.00 еще возможен свободный стиль, но даже здесь есть свои правила.

— И какие же? — чувствуя неладное, спросила я.

— Никаких дешевых костюмов и обуви, никаких солнцезащитных очков и нижнего белья, выступающего наружу и, конечно, никакого растрепанного вида и неухоженных ногтей.