— Все в прошлом?

Я глубоко вздохнула, выравнивая сердечный ритм, и тихо произнесла:

— Все в прошлом. Но я все же спрошу. Это стало причиной твоей госпитализации?

— Нет. Это рабочий конфликт. К тебе не имеет отношения.

Я внимательно посмотрела на Макса и кивнула.

— Хорошо. Я тебе верю.

— Спасибо.

— И все же. Зачем ты тогда пришел ко мне? — я пыталась уловить истину и хотела получить ответы. — Я тебе уже тогда нравилась?

— Немного другая характеристика, — возразил Макс.

— Какая? — не успокаивалась я.

— Я хакер. Это моя суть. На тот момент я смотрел на тебя и хотел тебя взломать. Посмотреть из каких составляющих ты состоишь.

— Взломал?

— И да, и нет.

— Уклончивый ответ, — внимательно смотрела я на него.

— Взламывая тебя, я взламываю и себя, — усмехнулся Макс, и я видела, что ему эта откровенность далась нелегко.

— Спасибо за честность, — произнесла я, когда почувствовала, как Макс вновь отрывает меня от земли. Он действовал напористо и немного нагло, как, вероятно, привык.

Мое сердце заколотилось о ребра, дыхание перехватило, но я, упершись предплечьями в его грудь, уверенно произнесла:

— Макс, остановись, пожалуйста.

Он ослабил хватку, но на пол меня так и не поставил и цепко посмотрел на меня.

— Тебе не понравилось?

— Понравилось, — честно призналась. — Но дай мне время. Не форсируй, пожалуйста, события.

Его лицо на секунду стало каменным, я чувствовала, что он не хочет меня отпускать. Прошла секунда, вторая, третья — и он, ослабив хватку, поставил меня на пол.

— Мне пора в отель, — тихо проговорила я.

Он провел рукой по моим волосам и тихо произнес.

— Я провожу тебя.

— Спасибо.

— Ты не забыла, что завтра у нас вечеринка?

— Нет. Такое не забудешь.

— Я заеду за тобой в семь.

Мы ехали по вечернему мегаполису, и на душе было спокойно. Я все больше и больше приходила к выводу, что я хочу остаться в Лондоне. Мне хотелось полностью сменить обстановку и пойти по новой дороге. Как сказал Макс, по новому пути развития.

Я уеду в Лондон. Здесь у меня будет новая жизнь. Новые друзья. Новая любовь.

— О чем задумалась? — спросил Макс.

— О новом пути, — улыбнулась я.

Макс обхватил мою кисть, тихо ее сжал, прикоснулся губами к тыльной стороне ладони, и я почувствовала его мягкие теплые губы. Я еще не приняла решения, но Макс это знал и лишь благодарил меня за то, что я об этом все серьезнее и серьезнее задумывалась.

Всю вторую половину следующего дня я провела в приготовлениях к рауту, посвященному дню рождения "GF" и это было к лучшему, потому что вчерашний поцелуй Макса и его объятия не давали мне покоя. Сказать, что я волновалась — значит не сказать ничего. Не знаю, как так получилось, но я отчетливо осознавала, что в компании "Global Finances" меня воспринимали, как девушку Макса, хотя официального согласия я вовсе не давала. Я чувствовала это по взглядам его коллег, с которыми уже немного познакомилась, я видела это в глазах Кимберли. Я была не просто гостьей, а парой мистера Рокуэлла, что накладывало на меня определенные обязательства, и я не имела права на ошибку.

Я рассматривала лежавшее на кровати платье, лично мной выбранное в бутике, и, поглаживая его ладонью, улыбнулась.

Мне нравился мой выбор. Сначала моя рука потянулась к тафте от Оскара де ла Рента, но я понимала, что политически правильно будет выбрать британского модельера, которых по моей просьбе и посоветовала всезнающая Кимберли. Недолго колеблясь между Стеллой Маккартни и Вивьен Вествуд, я выбрала Стеллу. Платье из тонкого розового шелка, простого, но элегантного покроя, охватывало шею воротником из страз и струилось до пят, подчеркивая мою фигуру. Единственным недостатком, на мой скромный взгляд, была открытая спина, но шелковые длинные перчатки в тон платью компенсировали это чувство открытости.

Ровно в семь послышался стук в дверь, а я, все еще бегая в одном белье, бросила через дверь:

— Макс, подожди меня у машины, я скоро буду готова.

— Женщины… — услышала я его усмешку и вновь ринулась в спальню, на ходу поправляя чулок.

Ровно через десять минут я вышла из лифта и пошла по направлению к выходу, уверенная, что Макс меня ждет именно там. Но мой спутник стоял у стойки ресепшена и, облокотившись на нее рукой, улыбался, откровенно мной любуясь.

Поймав его взгляд, я улыбнулась ему в ответ — мне был приятен и этот мужской взгляд, и это ощущение, будто я купаюсь в теплой лучистой энергетике человека, которому я искренне и безоговорочно нравилась. Этот блеск в его глазах придавал мне уверенности не только как личности, но и как женщине, которая нравится своему избраннику, по крайней мере на этот вечер. Я никогда ранее не испытывала такого чувства, и меня оно воодушевляло — я будто еще сильнее засияла теплым светом.

Улыбаясь Максу, я остановилась, а он оторвался от стойки ресепшена и, не торопясь, пошел ко мне.

— Выглядишь сногсшибательно, — произнес он и, сжав мою ладонь, поцеловал ее.

Наблюдая, как Макс, склонившись, целует мою руку, и ощущая через перчатки его теплые губы на своих пальцах, я улыбнулась — это чувство тоже было для меня совершенно новым.

Я помню такой же знак внимания от отца моей маме, когда они ходили вместе на торжественные мероприятия. Он так же, как и Макс сейчас, говорил маме комплимент и, наклоняясь, целовал ее руку.