— Ты похожа на маленького косолапого пришельца, — услышала я усмехающийся голос Хакера и парировала:

— Нельзя говорить такие вещи человеку, к которому ближайшие пару часов будешь повернут спиной.

На это Макс ничего не ответил, а через секунду в ушах зазвучала абсолютно космическая музыка, и я, крепче сжав торс Макса, почувствовала под собой рокот мощного мотора.

И с этого момента я погрузилась в удивительный неповторимый мир Лондона.

Мегаполис с радостью раскрывал мне свою уникальную энергетику, показывал свою оборотную сторону, которая не пестрила толпами туристов и культовыми объектами из путеводителей. Я полностью погрузилась в город, знакомясь с живым, неформальным Лондоном.

Мы с Максом катались по яркому панковскому Кэмдену, который напоминал город в городе.

— Зазеркалье Лондона, — усмехнулся Макс, пока я рассматривала дерзкие яркие граффити на стенах.

— Стрит-арт просто удивителен! Рай андеграунда! — восхищалась я резкими красками и абсолютно сумасшедшей атмосферой Лок-Рынка, где кишел разношерстный народ, на каждом углу играли музыканты, и пестрело неимоверное количество пабов и киосков с едой из всех уголков планеты.

Мы заходили в пабы, где звучала живая музыка, где толпился народ с кружками пива, и шум стоял такой, что я едва улавливала, что мне говорил Макс.

Но все это мне не мешало — я подпевала знаменитым рок-хитам, наслаждалась самобытной атмосферой лондонского зазеркалья, пребывая с изнанкой Лондона на одной волне.

Мы гуляли с Максом по узким тропинкам Ридженс-канала, и я с замиранием сердца наблюдала, как живут лондонцы в домиках на воде.

Некоторые из обитателей этого водного рая здоровались с Максом, спрашивали, как у него дела и, бросая на меня заинтересованный взгляд, тайком показывали Максу палец вверх или подмигивали.

— Некоторые из твоих знакомых похожи на пиратов, — смеялась я.

— Не будь они пиратами, не жили бы на воде, — соглашался Макс, и мы продолжали удивительное погружение в Лондон — садились на мотоцикл и ехали дальше.

Я наконец-то увидела тот самый чайный клипер и, рассматривая его острый нос, целеустремленно смотревший вперед, произнесла:

— Он похож на тебя. Такой же упрямый.

— Так и есть, — усмехнулся Макс, а уже через минуту мы шли к великому нулевому меридиану в Гринвичской обсерватории.

Находясь на линии между востоком и западом, я, как никогда, чувствовала себя разделенной на две половины. И сейчас, наблюдая проходившую через меня полосу, видела в этом сакральный смысл, где Востоком был Барретт, а Западом Макс.

— О чем ты задумалась? — тихо спросил Макс, рассматривая меня, стоявшую на волшебной, разделяющей меня линии.

— Так, о жизни, — пожала я плечами и грустно улыбнулась.

— Будем ходить под Темзой? — спросил он, протягивая руку.

— Обязательно, — улыбнулась я и сделала шаг навстречу ему.

Макс крепко держал мою ладонь, мы шли по гринвичскому подземному тоннелю на Собачий остров, и мое дыхание перехватывало — я чувствовала, как у меня над головой рокочет Великая Темза, и это было незабываемое ощущение.

— Ты покажешь мне район, где ты работаешь?

— Если тебе интересно, — улыбнулся Макс, и вот мы уже мчались на мотоцикле в Сити, на заветную квадратную милю.

— Эта фантастика! — рассматривала я сердце Лондона, пока мы лавировали по заполненным автомобилями дорогам, где рядом со старым Лондоном, его колыбелью, вклинивались новые ультрасовременные здания. Здесь можно было увидеть древнейшие церкви и сверхсовременные небоскребы, здесь царила полная эклектика стилей и направлений. Равно как и энергетика.

— Британцы называют сити "Плавильный котел", — услышала я в наушниках.

— Это похоже на правду, — ответила я.

Лондон был похож на место встречи разных стилей и теорий, понятий и привычек.

— Поехали поужинаем, — произнес Макс, и я почувствовала мощный рокот двигателя.

Крепко держась за своего экскурсовода, я неожиданно для себя осознала, что Макс, как никто другой, олицетворял Лондон — в нем сочетались элементы традиционного прошлого и технологии совершенно космического будущего.

Мы мчались по набережной вдоль Темзы, я впитывала в себя дух Лондона и, слушая космическую музыку, мне хотелось раскинуть руки и почувствовать ветер, проходящий сквозь пальцы, мне хотелось закрыть глаза и поймать воздушную волну, зависнув в полете, как в невесомости.

— Скоро будем на месте, — голос Макса извлек меня из нирваны.

— Куда мы едем?

— В Челси.

— В этом районе расположена галерея Саачи. Мы с ней сотрудничаем.

— Я в галереях не силен, — усмехнулся Макс. — Из достопримечательностей я знаю стадион "Челси"