[3] Хотя некоторое время раздумывала, а стоит ли.

[4] А так же крика и ора.

[5] А в первую очередь — для себя.

[6] Хотя никто не думал, что это было возможно.

[7] У людей светских именуемые «семейными».

[8] Запах курений в храме зависит от характера бога.

[9] Сухопутные люди назвали бы их многоэтажными.

[10] Хотя, в основном, на опыте гребцов внизу.

[11] Не исключено, что на геостационарную орбиту.

[12] Вернее, предпочитая не думать, чтобы ненароком не придти к выводу, что происходящее под ее руками не может происходить никоим образом и ни при каких обстоятельствах, и не побежать с точно таким же воплем — но в другую сторону.

[13] А навстречу ему из-под палубы вылетел его только что провалившийся сотоварищ.

[14] Если можно было таковым назвать две вертикальные балки с огрызками досок и просевшую крышу над ними.

[15] Главным образом, себе и друг другу на ласты. Потому что ласты семьдесят девятого размера, если даже их оснастить когтями, шипами и острыми зазубренными пластинами, при перемещении по пересеченной местности в первую очередь будут оставаться ластами семьдесят девятого размера.

[16] Агафон — из-за прямого попадания на спину полутора центнеров живого веса с высоты в три метра.

[17] Фирменный рецепт белого шамана.

[18] Хотя, разглядывая ожерелья девушек, Агафон обращал внимание не только и не столько на украшения…

[19] Как все боги, которые хотят сэкономить.

[20] В смысле, еще больше. Жрецы и послушники Уагаду привлекали к себе внимание, даже ничего не делая. Малиновые шаманы, как называли местные белокожих наемников храма Уагаду, привлекали внимание в два раза большее. Отвлечь же внимание от малиновых шаманов, стучащих кружками по столу и рычащих друг на друга, могло только появление самой Уагаду — и то вряд ли надолго.

[21] Или тот, кому первому надоест. И если насчет «самого умного» он сомневался, потому что самые умные в это время сидели дома на любимом диване, а не за тридевять земель в вонючем кабаке, то насчет «самого нетерпеливого» был уверен вполне.

[22] Даже в мыслях он избегал думать о ней как жертве его магии: в понимании атлана такая терминология была давно и накрепко зарезервирована за его премудрием Агфоником Великолепным, но никак не за членом ученого совета — хоть и бывшим.

[23] Атлан торопливо отвернулся с заалевшими щеками.

[24] Первая степень — специальные знаки и символы. Вторая — самый ужасный почерк из когда-либо виденных.

[25] Вернее, бесшумно они ступали босыми ногами, пока не сделали первый шаг за порог. Каждый последующий из семи сопровождался болезненным шипением, охами и стонами, пока на восьмом шаге экстренное заседание Совета Магов не решило, что обутые в сандалии они произведут гораздо меньше шума, даже если будут идти в ногу строевым шагом.

[26] Или уха, поскольку в темноте видно не было абсолютно ничего, и вся информация воспринималась исключительно на слух.

[27] Потому что, как правило, черный слон переходил дорогу вместе с путешественником, стоящим на ней. Черные слоны в Слоновьем королевстве, в отличие от своих собратьев тигровой или клетчатой, к примеру, окраски, были довольно редки, но иногда попадались, и славились отвратительным характером. Ученые Королевского института слонологии и слонографии (КИСС) объясняли это тем, что черный слон, на самом деле — обыкновенный узамбарец, превращенный в сие почтенное животное злым колдуном. Невежественные же крестьяне говорили, что это — простой слон, только черный, и поэтому ему всегда очень жарко, а тот, кому постоянно жарко, хорошим настроением похвастаться не может по определению.

[28] Они и вправду не дрожали. Они тряслись.

[29] Или стариком, не знающим дорогу.

[30] Но, принимая во внимание, что у него было всего два варианта ответа: «Главное, чтобы нас откопали из сугробов до утра» и «Постарайся, чтобы провалился только этот этаж — до первого нам не спуститься» — может, оно и к лучшему.

[31] А еще лучше отобрать таз и колотить им звонаря, пока не заречется звонить. Или придушить его этими подушками.

[32] «Завтрак, обед и ужин», опять же по словам Агафона.

[33] При этих словах Анчар невольно поежился, заново ощущая недолгое, но запоминающееся стояние босиком в сугробе по пояс.

[34] И, как слабо надеялся Анчар, единственной.

[35] Не при Анчаре будь сказано.

[36] А для начала сложить пазл из дюжины элементов.

[37] Подразумевая вполне конкретного идиота.

[38] На всякий случай.

[39] «И не дамся», — договорил он мысленно.

[40] То есть, еще более подозрительного, чем любой из присутствующих в этом переулке: паранойя — болезнь хроническая.