– Принято, - салентиец потряс головой, пытаясь прогнать остатки видений, из растревоженного сознания. И уже обращаясь к страшной лапе, спросил:

– Надеюсь, мы с вами ещё побеседуем?

– Конечно. Когда захотите, - ответил приятный, неторопливый, бархатистый голос, который не мог иметь ничего общего со страшным монстром. Однако Кливмел решил больше уже ни чему не удивляться на этом корабле. Повернувшись к Тильсу, заботливо поддерживающего его, он для проверки своей догадки, спросил:

– Что он сейчас сказал?

– Мне ничего. Он может вообще со всеми одновременно мысленно разговаривать. Потом если видеозапись смотреть очень на дурдом смахивает. Кажется, что каждый тихо сам с собою... Не волнуйтесь, это в первый раз, когда с ним в контакт вступаешь, такой эффект. А потом сами сможете ему свою волю навязывать. Слабо им всем против хома сапиенса. Ах да... Ну, всё равно, я думаю, вы с ним быстро общий язык найдёте.

Психологически опустошённый адмирал при поддержке второго помощника, наконец, вышел в свет, где уже во всю происходило действо.

– Мистер Битси прошу вас, огласите приказ, - как всегда спокойный голос командира, лишённый каких либо эмоций прозвучал из развёрнутого спинкой навстречу вновь прибывшим, кресла.

Первый помощник повернулся к открывающейся под звуки фанфар панели "секретов", попутно устанавливая взглядом тишину, и торжественно прочитал засветившиеся бледно-голубым светом буквы приказа:

– Борт К-117, "Касатка".

Приказываю, занять позицию в зоне ограниченную координатами... Штурман, примите координаты... Так... В означенной зоне лодка должна атаковать на поражение любое космическое транспортное средство, любой национальной принадлежности, до полного уничтожения, без предупреждения и не обнаруживая себя.

Дозаправка и полное обслуживание по режиму N1 будет осуществляться с мобильной базы "Медуза". Её координаты... Штурман... Все находящиеся на борту К-117 на время выполнения особо секретной миссии лишаются гражданских прав Метрополии, и становятся подданными Свободной Республики Саленты (СРС). Документы, подтверждающие подданство и все соответствующие инструкции (личные в том числе) имеются у представителя СРС находящегося непосредственно на "Касатке".

Флаг и опознавательные знаки Метрополии на борту К-117 с этого момента не действителены.

Текст приказа дважды предупреждающе мигнул, затем медленно растаял. Но об этом почему-то уже ни кто не пожалел. Так же как и ни кто не обозначил своего отношения к происходящему. Спокойно продолжали жужжать приборы, не ведая человеческих эмоций. Панель "секретов" закрылась. Теперь каждый прятал друг от друга глаза, как будто был виноватым, в чём-то и перед кем-то. Битси подошёл к ПК и стал что-то там рассеяно разглядывать. Немая сцена, образовавшаяся от эффекта прочтения дальнейшей судьбы, явно затягивалась.

Командир встал и одёрнул китель:

– Капитан-лейтенант Раш!

– Я!!!

– Отставить лекцию!

– Есть, сэр!!!
– Оружейник с видимым облегчением швырнул в клапан утилизатора информационные диски.

– А вы товарищ адмирал, пожалуйста, за ужином дайте информацию на тему: "Всё о Саленте". Нам, коренным салентийцам, хотелось бы хоть что-то знать о родной планете.

– Конечно, сэр.

– Принято, - командир быстро вышел.

8.

Офицерская кают-компания, когда туда зашёл адмирал, перед ужином, была пустынна. Если, конечно, не считать пристроившегося в углу бортинженера со стаканом вина в руке. Элия с синхронностью часового механизма вставлял в нишу автомата питания руку со стаканом и интонациями заправского пирата кричал:

– Рому!!! Рому, мой мальчик!!! Рому!!!

Затем опрокидывал содержимое стакана себе в рот, и всё повторялось сначала.

Наконец автомат отказал ему в порции, аргументировав это превышением алкогольной нормы. И с бесчувственностью робота выдержал сначала поток угроз в свой адрес, а потом просьб. Устав от бесполезного лобового штурма, бортинженер огляделся, ища обходной манёвр.

– О!!!
– Его мутный взгляд упёрся в Снаудера, - ко мне, Мухтар! Слушай, возьми мне выпить, - Элия протянул пустой стакан.
– Тебе-то эта железяка, даст.

– А собакам не дают, - адмирал, усаживаясь за стол, обдул шерсть на плече, проигнорировав стакан.