***

— Это было феерично, — промурлыкала девушка, прохаживаясь по пепелищу. — Какая экспрессия, какая страсть! Я так в лучшие годы не развлекалась!

— Ну уж, — с тихой улыбкой произнёс мужчина, равнодушно ковырявший тростью обугленную дверцу печи. — Просто нет ничего более смертоносного, чем наделённая силой добродетель.

Девушка хмыкнула и воспарила под потолком вверх тормашками. К тому моменту мужчине всё же удалось открыть дверцу печи. Чёрной лакированной тростью он коснулся обугленного почерневшего тела. На её кончике замерцал голубоватый огонёк.

— Не переусердствуй, — посоветовал он парящей над ним девушке. — Ты и так потратила много сил сегодня.

— Я полностью восстановилась, — капризно воскликнула девушка, но всё же опустилась на пол. — Я же чувствую!

— Такая грандиозная сила, как у тебя, будет восстанавливаться ещё очень и очень долго. Дай себе время.

Мужчина тряхнул тростью. Огонёк слетел с неё, на миг замер в нескольких футах от пола и превратился в Беллатрикс Лестрейндж.

— Что… Что случилось? — Изумлённо лепетала она. — Я же… Меня же… Как же…

Пресекая нарастающую истерику и дальнейший словесный поток, мужчина коснулся тростью её лба. Беллатрикс тут же исчезла.

— Она попадёт в Ад? — Довольно спросила девушка, зачарованно глядя на трость.

— Ада нет, моя милая Кларисса. Я думал, что ты это давно усвоила, — усмехнулся мужчина, извлекая из кармана серебряный портсигар.

— О… Значит, зря меня трижды сжигали? И зря я столько людей в своё время на кострах спалила? Вот незадача… А куда они отправляются?

— Почём мне знать? — Тихо сказал мужчина, закуривая.

— Ты же Смерть, ты должен знать!

— Я как-то не интересовался устройством загробного мира. Идём. Нам ещё многих нужно забрать.

— А можно я устрою заварушку в какой-нибудь стране третьего мира?

— У нас и так полно работы.

— Но…

— Не обременяй меня больше положенного, дорогая. Всему своё время. Лучше держись Лорда. У него ещё много развлечений для тебя припасено.

***

— С ней всё будет в порядке.

— А ребёнок?

— И с ним. Дайте им время. Чёрт побери, Сириус… Я ещё тогда сказала, что вся эта история дурно пахнет.

— Я не знал, что всё так получится.

— А должен был! Она твоя сестра, ты с неё глаз спускать не должен!

— Но я даже подумать не мог!..

— Ты вообще редко думаешь.

Нехотя я открыла глаза. Блаженное тепло растекалось по телу, притупляющий покой окутал меня с головой.

— Соглашусь с каждым словом, — прошептала я, косясь на сидящего в изголовье моей кровати Сириуса.

— Марс! Мерлиновы чайники!

Брат бросился ко мне и заключил в объятья. За его спиной маячила Андромеда.

— Пожалуй, повторять, что ты всех напугала, смысла нет, — покачала головой кузина.

— Твоя правда, его нет, — улыбнулась я. — Где остальные?

— Зализывают раны, — ответил Сириус, отстраняясь. — Марс, что ты сделала?

— Спасла нас, — просто сказала я. — Кажется. Спасла ведь?

— Ну, Рем говорит, что там в подвале был Волдеморт, так что да, спасла. Но как?.. А, хотя что это я спрашиваю, давно привыкнуть должен был.

— Вот-вот, — усмехнулась я. — А долго я без сознания лежала?

— Часа два, не больше, — ответила Меда.

— Делаешь успехи, — хмыкнул брат. — Это тебе не три дня в Больничном крыле.

Я задумчиво покивала. Два часа? После такого? С ума сойти…

[Часть текста сгорела при пожаре]

— Я не знаю, что делать, — с досадой пробормотала я, вертя в руках чашку с чаем. — Эд уже третий день сам не свой. Я не умею утешать, просто пытаюсь быть рядом и поддерживать, но…

— Марс, он потерял лучшего друга, — нахмурился Сириус, отставляя в сторону кружку с весёлыми зайчиками.

— Я знаю… понимаю. Чёрт, я тоже через это прошла, когда погибла Лина! Но… я не знаю, что делать. Тогда нам обоим было несладко, но Эд хотя бы мог отвлечься в школе. А здесь квиддича нет, так что и пар ему не выпустить. Пойми, мне жаль Арти, но… Я не могу видеть Эда таким. Ты можешь помочь?

— Пар выпустить, говоришь? — Задумчиво проговорил Сириус, глядя на дверь гостиной, откуда доносилось бодрое «В чём дело, Док?» и мелодия заставки «Луни Тьюнз». — Так, я о нём позабочусь…

— Правда? — Вскинулась я. Росточек надежды затрепетал в душе.