Рита лихорадочно перебирала знакомые заклинания, но даже сформулировать не могла, что именно нужно в такой ситуации. Дошло лишь, что обе пленницы нуждаются в силах. Так что, пока женщины-возничие бегали за своими пожитками, чтобы поделиться с бедолагами одеждой, Рита присела рядом с пленницами и взяла их за руки. Девочка руку чуть не отдёрнула - девушка успела её цапнуть и подбадривающе улыбнуться. Ладонь женщины оказалась холодной и безвольной.

Хозяин посмотрел на Риту с такой злобой, что Артём мгновенно выпрямился и положил руку на рукоять меча. Покосившись на него, Челик, вполголоса ругаясь, удалился в свою кибитку, напоследок напомнив Тревору, что он головой отвечает за пленниц. Тэрон потоптался немного и тоже присел на корточки перед обеими.

Буря стихла, сменившись ровно идущим дождём. Рита держала пленниц за руки, вливая в них силы, и устало думала о том, что будет с ними дальше.

Пятая глава

Время будто остановилось. Оставалось лишь сидеть между двумя пленницами, сжимать горячую ладонь одной и холодную второй и слушать, как грохочет дождь по пологу, звонко капая в набравшуюся лужицу там, где его не должно бы быть. Но разве дождь будет кого-то слушать или подчиняться каким-то правилам? Он всё равно проник или просто стёк между рваньём сверху. И думать... И отстранённо следить, как двигаются другие. Видеть, понимать, но не реагировать. Как будто резко отняли недавнее умение понимать не только, что стоит за словами, но и за жестами, за движением.

Анакс Тревор быстрей всех сориентировался в этой странной ситуации. Наверное, потому, что сам из недавних воинов, да и в чине не ниже командира. Разослал своих наёмников - кого куда. Двое побежали смотреть, что именно там произошло с трупами из клетки. Тэрон отправился с ними - подтвердить, если что, магическую составляющую тюремного заклинания на стенах тесной конуры. Ещё двоих командир охраны отправил на поиски хозяйских наёмников - из отребья. Рита мимоходом слышала, как Тревор ворчал, что с момента бури они куда-то попрятались и до сих пор не нашлись... Как-то неожиданно, тихой сапой рядом с Ритой оказался Гамаль - хромоножка, которому в путешествии помогал шагать Тэрон. Калека уселся возле светловолосой девочки и незаметно освободил её ладонь из руки Риты, сам начав помогать пленнице. Маг? Озадаченно похлопав на него глазами, Артём, послушный новому приказу Тревора, вместе с Тэкером побежал проверять сохранность каравана после бури, которая уверенно переросла в хлёсткий ливень. Анкэпы уже не помогали: обоим пришлось снять плащи и накинуть их на головы. Рита представила, в каком виде будут плащи после этой пробежки, и зябко сжала плечи.

Она начала приходить в себя... Помогла ли тому промозглая сырость из-за ливня, или время от нескольких жутких событий, переплетённых воедино, кануло в прошлое, но девушка передёрнула плечами и начала активно всматриваться в происходящее. Начала с того, что, несмотря на зябкую холодрыгу, выпростала свою ладонь из вялой руки неизвестной женщины и в низком помещении под пологом, под которым приходилось перемещаться, сильно согнувшись, сумела снять с себя слегка влажный плащ и укрыть беднягу, пока ей ищут одежду. От женщины, как и от девочки, страшно воняло: видимо, помощники Челика, носившие еду в клетку, не утруждали себя создавать мало-мальски приемлемые санитарно-гигиенические условия для рабов, подготовленных в жертву Чёрным духам. Но Рита плевать хотела на то, что плащ теперь ей не надеть: она желала помочь - и нашла чем.

Сумела удивить хромоножку Гамаля и возничего, остававшегося здесь, по приказу Тревора, на всякий случай. Зато как всколыхнулось сердце, когда женщина, пребывающая в полубессознательном состоянии, явно начала приходить в себя. Закутанная в плащ, полы которого Рита продолжала сжимать у неё на груди, она медленно обмякала, будто инстинктивно почуяла тепло, остававшееся внутри плаща. Страшно напряжённое лицо расслаблялось... Около тридцати. Когда-то округлое, наверняка симпатичное, лицо сейчас уродовали впавшие до острых скул щёки, отёчные, серо-синие мешки под глазами и отчётливые морщины вокруг рта, оставшиеся после её истошного крика. Что уж говорить о тёмных волосах, которые грязными космами тяжелели, прилипнув к затылку и мокрой голове, настолько грязной, что Рита различила в волосах песок и мелкий сор...

Одной рукой стискивая края плаща на женщине, чтобы не упал, другой Рита сумела повернуть на себе сумку с мелочью, притороченную к набедренным ремням. Быстро нашла пачку влажных, ничем не ароматизированных салфеток и, вынув одну, осторожно принялась оттирать грязь с лица неизвестной. Рука замерла: Рита хмыкнула сама на себя и, вытащив ещё парочку салфеток, протянула их Гамалю. Несколько секунд потратила, чтобы полюбоваться недоумением на лице хромоножки, который от неожиданности (очень уж чистые!) чуть не уронил протянутые ему странные белые тряпочки и чуть не обнюхал (нет, точно обнюхал!) их, но, тем не менее, взялся за ту же работу с лицом сначала отпрянувшей от него и застеснявшейся девочки.

Отвернувшись от него, девушка подумала, что Гамаль довольно молод. Кажется, он ровесник Тэрона. Ну, или тот немного старше. Интересно, что их связывает? Почему Тэрон оказался в целой компании бродяг, которые, по всей видимости, ему доверяют? И почему младший брат правителя не брезгует помогать калеке?

Грязь легко поддавалась белоснежной салфетке, которой, к сожалению, оказалось слишком мало. До прихода женщин-возничих Рита использовала половину пачки. К тому же времени женщина начала выходить из глубокого ступора.

Сначала она перестала раскачиваться, хоть и делала это в последние минуты почти незаметно, потом начала моргать глазами, мутными, ничего не соображающими. Ноги подтянула к груди так медленно, словно боялась, что снова ударит болью. Из плаща показались пальцы, который несмело сжали его края у горла. Рита бесшумно выдохнула: женщина начала ощущать тепло! И, кажется, инстинктивно боялась потерять его. При виде этого движения захотелось реветь от жалости и со злости - и убить кого-нибудь. Хозяина каравана, например.