Вишес подумал скрыть эту хрень, но, в конце концов, врать Рофу еще никому не шло на пользу.

– Я предвидел его смерть и попытался заставить покинуть поле. Он не послушался и... вот что вышло.

– Он вышел туда. Зная, что умрет.

– Ага.

– Черт подери, - несколько раз грубо выругавшись, Роф переключился на другую веселую тему.
– Еще я слышал, что у вас был посетитель. Когда вы вернулись в кампус.

– Омега, - черт, Ви не нравилось даже произносить его имя. Но как будто ему нравилось говорить о том, что Рейджу жить надоело? – Да уж, брат моей матери позаботился об уборке. Если с работой в качестве мирового источника зла не сложится, карьера дворника всегда ждет его.

– Какие-то проблемы?

– Он даже не знал, что мы были там.

– Отлично, черт подери, - Роф обернулся через плечо, как будто мог видеть.
– Ты говорил со своей матерью в последнее время?

– Нет. Неа. Вовсе нет.

– Я просил ее об аудиенции. Она не удостоила меня ответа.

– Не могу с этим помочь. Извини.

– Я явлюсь без приглашения, если понадобится.

Ви остановился у двери в палату Эссейла, но не открыл ее.

– Что именно ты от нее хочешь?

– Я хочу знать, там ли она, - жесткое аристократичное лицо Рофа напряглось.
– Сражаться с лессерами– это одно, но чтобы справиться с атакой Омеги, нам нужен могущественный помощник, и я не шучу. Мы только что выкосили 90 процентов того, что он имел на земле. Он ответит, и его ответ нам не понравится.

– Чтоб мне провалиться, - пробормотал Ви.

– Скорее «всем нам», брат мой.

– Ага. И это тоже, - Ви сделал еще одну затяжку, чтобы собраться.
– Но знаешь, если хочешь, чтобы я с ней поговорил или...

– Надеюсь, это не понадобится.

«Ииииии вот нас уже двое», - подумал Ви.

Пока проблемы с мамочкой не снесли ему крышу, он замолотил по двери.

– Ты там одет, мудак?
– он вломился внутрь без разрешения.
– Как у нас дела, засранцы?

«Так, так, так, - подумал он, увидев Эссейла, сидящего на больничной койке со скрещенными ногами.
– Детоксикация?»

Мужчина потел как девчонка под нагревательной лампой, но в то же время дрожал, как будто ниже пояса принимал ледяную ванну. Под глазами у него залегли круги цвета машинного масла, а руки продолжали трогать лицо и предплечья, точно смахивая пушинки или приглаживая несуществующие волосы.

– Ч-ч-чем я обязан такой ч-ч-честью?

Ноздри Рофа раздулись, когда Король принюхался к запаху в воздухе.

– А ты сидишь на игле, да.

– П-п-прошу прощения?

– Ты меня слышал.

Ви посмотрел на кузенов-близнецов, неподвижно стоявших в углу с прямыми спинами, точно пара револьверных стволов. И такие же теплые и пушистые.

В таком состоянии они не раздражали его.

– Что я м-м-могу для вас сделать?
– спросил Эссейл между судорогами.

– Я хочу поблагодарить тебя за работу, проделанную прошлой ночью, - протянул Король.
– Я так понимаю, все твои раны заштопали.

– Д-д-да...

– Ой да ну нахрен, - Роф глянул на Ви.
– Почему бы тебе не дать этому гаденышу наркотик по выбору? Я не могу разговаривать с ним, пока он в ломке. Это все равно что добиваться внимания от эпилептика в припадке.

– Это ищешь?
– Ви протянул баночку, полную пудры, и покачал ей туда-сюда на манер маятника.
– Ммм?

Противно было смотреть на то, как глаза ублюдка впились в баночку, сосредотачиваясь только на ней. Но Ви знал, каково это - как ты нуждаешься в нежеланной дозе, как это становится всем, о чем ты можешь думать, как ты извиваешься без нее.

Слава Богу за Джейн. Без нее он так и оставался бы вечно пустым ходячим куском голода.

– И он даже не отрицает, насколько в этом нуждается, - пробормотал Ви, подходя к кровати.

Чеееерт, когда бедный придурок потянулся к нему, стало очевидно, что руки Эссейла слишком трясутся, чтобы что-то удержать.

– Дай мне, мудак.

Открутив черную крышечку, Ви наклонил маленькую коричневую бутылочку и насыпал полоску на внутренней стороне своего предплечья.

Эссейл втянул это дерьмо как пылесос, вдохнув половину одной ноздрей, половину другой. Затем он рухнул на больничную койку, словно у него была сломана нога, а морфий наконец-то подействовал. И да, с клинической точки зрения тот факт, что стимулятор вроде кокаина расслабляет этого сукина сына, был недобрым признаком.

Но это же зависимость. Никакого гребаного смысла.

– Теперь хочешь попробовать еще раз?
– пробормотал Ви, лизнув руку и ощутив горечь на языке. Гудение, впрочем, было неплохим.

Эссейл потер лицо и уронил руки по обе стороны от своего тела.

– Что?

Роф улыбнулся без капли теплоты, обнажая массивные клыки.

– Я хочу знать о твоих бизнес-планах.

– Какое вам до этого дело?
– голос Эссейла звучал слабо, точно мужчина был измотан.
– Или вы решили, что диктатура лучше подходит к вашему складу характера, чем демократия...