Расчеты, расчеты, расчеты... по большей части приумножение. Например, учитывая имеющееся у него количество кокаина, как долго ему удастся сдерживать ломку? Четырнадцать часов? Пятнадцать?

Он открыл один из маленьких коричневых пузырьков и высыпал белый порошок на кожаную папку. Используя карту Американ Экспресс, он сделал две полоски, наклонился над ними и сделал свои дела. Затем откинулся в кресле и вдохнул вещество.

По правде говоря, Эссейл ненавидел, когда это опускалось по горлу. Обжигало его носовые пазухи. Ненавидел горький вкус, расцветавший во рту. И особенно сильно презирал то, что он уже не испытывал кайфа. Он лишь ощутил временный подъем на той адовой американской горке, на которую себя усадил, отсрочил неизбежное стремительное падение, которое шло после него, а за ним - если он сам о себе не позаботится - поджидала безжалостная рвущая когтями ломка.

Посмотрев на оставшиеся два пузырька, Эссейл не мог поверить, что докатился до такой схемы. Скольжение по наклонной и падение оказались минутным делом и в то же время трагедией в замедленном действии. Изначально, начав употреблять, он сохранял бдительность, но то, что начиналось как обычная привычка, теперь полностью владело им, как хозяин властвует над слугой в Старом Свете.

Боги, он этого не планировал.

Пожалуй, многое из последних событий он не планировал.

Протянув руку, Эссейл пробудил ото сна ноутбук, коснувшись сенсорной панели, вошел в систему, используя одну руку, хотя в пароле были заглавные буквы, и через зашифрованные каналы вошел в свой оффшорный аккаунт. Крупный, располагавшийся в Женеве.

У него было еще несколько других.

Столько много чисел и ноликов перед запятой, отделявшей целое от копеек. И глядя на это число, Эссейл размышлял, сколько же денег нужно одному человеку - даже учитывая, что будучи вампиром, он проживет как минимум в десять раз дольше человека.

Если его маленькая привычка не приведет его к Забвению.

Точнее, в его случае - скорее в Дхунд.

Конечно, исходя из практических соображений, у него было достаточно средств, даже в свете недавнего мирового финансового кризиса... так что действительно ли ему нужно дальше торговать наркотиками? Опять-таки, он с такой скоростью вдыхает этот порошок, что может стать своим лучшим покупателем.

Мне нужна твоя помощь с глимерой.

Обдумывая предложение Рофа, Эссейл задавался вопросом - а чем работа, предложенная Королем, лучше зарабатывания денег на людишках и их нужде в химической подзарядке? Амбициозное начинание Короля обещало стать хорошим убийцей времени, несомненно. А если он не собирается заниматься наркоторговлей, ему нужно будет чем-то занять ночные часы.

Иначе он сойдет с ума.

По большей части из-за тоски по его женщине. Которая на самом деле ему никогда не принадлежала.

– Марисоль, - прошептал Эссейл в никуда.

Какого черта он даже не сфотографировал ее? Когда она оставалась здесь, в этом самом доме, когда он защищал ее ценой собственной жизни, почему он не взял свой телефон, не навел на нее камеру и не сделал фото? Один-единственный момент времени, буквально секунда - большего не требовалось. Но нет, он этого не сделал, а теперь он по другую сторону пропасти, и от нее не осталось ничего, кроме воспоминаний.

Как будто она умерла. Хоть и все еще оставалась на этой планете.

На самом деле, она осела во Флориде, где океан лизал свежий песок, а ночи были благоухающими и полными тайн даже в гребаном октябре.

Эссейл точно знал, где она, где именно остановилась - потому что он проследил за ней дотуда. Убедился, что она с бабушкой благополучно добралась до места назначения. Тосковал по ней в тени самым жалким образом.

Но он уважал ее просьбу. Он отпустил ее. Позволил быть свободной от него и нелегального образа жизни, который они оба вели.

Воры-домушники и наркодилеры могут сосуществовать.

Человеческая женщина, которая хочет быть законопослушной, и вампир, толкающий наркотики, сосуществовать не могут.

Застонав, Эссейл закрыл лицо ладонями и воскресил в памяти ее образ. Да, о да, он с особенной ясностью помнил ее темные волосы, гибкое тело, ее кожу и темные глаза. Но с течением времени... он боялся, что начнет забывать сначала маленькие нюансы, а потом все более важные детали.

И их потеря равнялась медленной смерти, хоть он и продолжал дышать.

– Довольно, - пробормотал Эссейл, опуская руки и откидываясь в кресле.

Вновь собравшись с мыслями, он подумал о том, что выложил ему Король. Это несомненно будет переменой рода деятельности. Но у него достаточно денег. Достаточно времени. И внезапно ему начало казаться, что поиск новой сети дилеров-посредников для продвижения своего продукта на улицах Колдвелла и Манхэттена - это слишком много работы.

Кроме того... бороться бок о бок с Братством? Эссейл поймал себя на мысли, что уважает этих мужчин. И уважает их лидера.

Это был разворот на 180 градусов от провозглашенного либертарианства35 – совсем как атеист, побывавший на пороге смерти, задумывается о существовании Бога.