Чем ниже спускалась Скарлетт, тем громче звучали у нее в голове тщательно подавляемые до сих пор опасения. Что, если она обозналась и следовала вовсе не за Хулианом, а за каким-то другим юношей? Что, если Найджел солгал? Ведь Хулиан предупреждал, что здесь никому нельзя верить. Страх все сильнее сжимал невидимую цепь у нее на шее, внушая острое желание поворотить назад.

У подножия лестницы брал начало похожий на многоглавого змея темный извилистый коридор с целой сетью ответвлений, казавшийся одновременно величественным и пугающим. Из одного туннеля тянуло холодом, из другого, наоборот, поступал теплый воздух, но нигде не раздавалось эхо шагов.

– Как вы сюда попали?

Скарлетт резко обернулась. Тусклый свет замерцал у входа в холодный коридор, и из него вышла та самая девушка с красными губами, которая не могла оторвать глаз от Хулиана, когда прошлой ночью везла их со Скарлетт в «Стеклянную змею».

– Я ищу своего спутника. Я видела, как он спустился сюда…

– Здесь больше никого нет, – тут же отозвалась девушка. – И вам не следует тут нахо…

Воздух вдруг прорезал чей-то крик, настойчивый и обжигающий, как яркое пламя.

Едва различимый внутренний голос напомнил Скарлетт, что это всего лишь игра, и крик тоже иллюзия. Но стоящая напротив нее девушка с красными губами искренне испугалась, да и вопль прозвучал невероятно правдоподобно. Мысли Скарлетт снова обратились к контракту, который она подписала кровью, и слухам о женщине, умершей во время игры несколько лет назад.

– Что это было? – потребовала она ответа.

– Вам нужно уйти.

Девушка схватила Скарлетт за руку и потащила обратно к ступенькам. Еще один крик сотряс стены подземелья, такой мощный, что со стен посыпалась пыль, закружилась в свете факелов.

На долю секунды Скарлетт показалось, что она видит связанную женщину – ту самую в голубовато-сером платье, которую прежде выгоняли из торговой лавки. Джованна тогда заверила, что на улице разыгрывается представление, но сейчас поблизости не было зрителей, чтобы слушать ее вопли, – кроме Скарлетт.

– Что они с ней делают?

Скарлетт продолжала бороться с красногубой девушкой, надеясь добраться до несчастной жертвы, но противница оказалась очень сильной: неслучайно она с такой легкостью гнала прошлой ночью лодку по каналам.

– Прекратите сопротивляться! – предупредила она. – Забредете глубже в эти туннели и тоже лишитесь рассудка. Мы не причиним этой женщине вреда – наоборот, не дадим ей поранить себя. – Девушка в последний раз толкнула Скарлетт, так что та плюхнулась на колени у подножия лестницы. – Здесь вы не спутника своего найдете, а лишь собственную погибель.

Тут раздался новый крик; на этот раз мужской.

– Кто был…

Договорить Скарлетт не успела: дверь из песчаника захлопнулась прямо у нее перед носом, скрыв оставшуюся в коридоре девушку с красными губами и заглушив крики. Карабкаясь по ступеням обратно во двор, Скарлетт продолжала слышать отзвуки ужасных воплей, льнущих к ней, как сырость в пасмурный день.

Мужской голос принадлежал не Хулиану. Она снова и снова уверяла себя в этом, когда садилась в лодку, чтобы вернуться на постоялый двор. Пришлось напомнить себе, что просто играет в игру, но от этого умопомешательство другой участницы не сделалось менее реальным.

Если женщина в сером платье действительно обезумела, Скарлетт не могла не задаться вопросом, что послужило тому толчком? А если лицедействовала, то столь правдоподобно, что человек несведущий, услышав крики боли, мог в самом деле повредиться рассудком.

Скарлетт подумала о Телле. Вдруг она тоже связана и пытается позвать на помощь, но тщетно? Нет. От подобных мыслей недолго и с ума сойти! Легендо, скорее всего, поместил Теллу в роскошные покои и предоставил в ее распоряжение слуг. Прямо сейчас, должно быть, она вкушает клубнику в сахарном сиропе. Хулиан ведь говорил, что магистр прекрасно заботится о своих гостях.

Скарлетт надеялась, что найдет Хулиана в Стеклянной таверне и что он посмеется над тем, сколь много времени она провела в таинственном шатре предсказателя, а потом и вовсе пустилась в погоню за незнакомым парнем. Она уверила себя, что партнеру по игре просто надоело дожидаться ее во дворе замка, он заскучал да и ушел. Слова Найджела были очередной уловкой, в сад отправился другой темноволосый молодой человек, и в подземелье от боли кричал вовсе не Хулиан. К тому времени, как добралась до постоялого двора, ей удалось убедить себя, что все именно так и было. Почти удалось.

Народу в Стеклянной таверне оказалось еще больше, чем накануне. В воздухе витали смех и хвастовство, приправленные подслащенным элем. Полдюжины стеклянных столиков были заняты растрепанными женщинами и краснощекими мужчинами, которые хвастались своими находками – или оплакивали отсутствие таковых.

Скарлетт очень порадовалась, услышав, как седовласая женщина, которая прежде хозяйничала в комнате Теллы, рассказывала о неком торговце, утверждавшем, что продает волшебные дверные ручки, – и одурачившем ее.