– Ыть!!
– тявкнул Рисхор, вскинув лапу над курицей.

Курица немедленно уселась килем на палубу, растопырив крылья, и капитан слегка поддал её под огузок, убирая с дороги. Как ни старались морячки, у них не получалось управляться с курами, как у Рисхора. Взяв птицу на лапу, лис погладил её, и курица вспушилась, враз став похожей на шар с клювом. Присутствовавшие покатились по смеху.

– Как оно, Шрот?
– осведомился капитан, оглядывая рыжие морды.

– В рамках климатической нормы, - хмыкнул тот, - Ращооот! По местам!

Раздался хоровой звук бегущих по палубе ног и трущейся о металл пушнины хвостов, когда морячки забивались в узкие двери, как лисы в нору. Возле башни палуба прилично гремела, потому как была заделана стальными листами, чтобы огонь от выстрелов не спалил доски. По остальному судну настил был деревянный, и бегать по нему куда как сподлапнее - правда, местами можно ухватить занозу, ежели бегать без обуви.

– Башня к бою готова!
– тявкнуло из тёмного проёма, сопровождаясь металлическим эхом внутри этой самой башни.

– Огурцы!... Теперь отбой, - Шрот уже привык даже не хихикать, когда произносил это.

Звук повторился в обратную сторону, только с гораздо меньшей скоростью. Морячки без лишней спешки покидали башню и приводили её в походное положение. На стволах орудий сидели и орали чайки, что подтверждало необходимость заглушек, иначе нагадят прямо внутрь.

– Слушай-ка, - негромко тявкнул Рисхор, так чтобы это не попало в лишние уши, - Как тебе директива насчёт учебных стрельб?

– Сделаем, - пожал плечами Шрот, - Хотя... Есть сомнения, что это столь уж необходимо, учитывая обстановочку в мире.

– Вот и я об том же, - кивнул рыжий, - И кроме того, знаешь, что мне сказала Хемма, когда мы получили телеграмму? Ничего!

– Ничего?
– почесал уши Шрот, - И чего?

– Пфф... Это значит, что она что-то задумывает. Короче тявкая, есть все основания думать, что эту фигню нам сделать не дадут.

– Нутк и...

– Надо только сшить дело так, чтобы нас потом не, - Рисхор показал петлю на шею, - Сечёшь?

– Ага, - задумался Шрот, - Ага...

Впрочем, он знал, что вряд ли что придумает, и капитан это тоже знал. Шрот шарил в своих пушках и баллистике, а как шить дела - это не его. Слегка нагруженый новой информацией, лис прошёл по сумрачным помещениям башни, где свет лился только из амбразур. Слезши на три этажа вниз, он миновал две бронированые двери, подошёл к окошку с толщенным стеклом, и включил свет в отсеке. В тесном помещении находились снаряды, казавшие округлые блестящие бока и острые носы. Хвост его знает зачем, но Шрот привык проверять снарядный погреб с тех времён, когда служил на судне с гораздо меньшими калибрами. Здесь же унести "патрон" за пазухой не получится, потому как это чушка размером с газовый баллон и весом под половину тонны. Да и открыть погреб кто угодно не сможет, куча запирающихся дверей, которые в боевой обстановке служат для защиты от детонации всего боекомплекта. В отдельном отсеке отлёживались пороховые заряды, похожие на круглые мешки с солью - на самом деле, два таких мешка отправляют полутонный снаряд на расстояние в двадцать километров.

Поводив носом, Шрот убедился, что в помещениях достаточно тщательно убрано, и линялой шерсти по углам не нанесло. Здесь это не для показухи, а необходимость, потому как под броневым колпаком башни размещаются механизмы наводки - хотя они и огромные, загрязнения вполне могут вызывать косяки в их работе, особенно в точности наводки. Сейчас в башне несло смазкой и металлом, потому как давно не было стрельб; после хотя бы одного выстрела будет долго пасти пороховой гарью, от которой трудно избавиться даже при помощи вентиляции. Снаряды на ветер - нет, твёрдо решил лис, и ухмыльнулся. Его порадовал тот факт, что они вполне могут это сделать, причём без особых напряжений. Если бы команда не доверяла друг другу, была бы совсем другая история, но на "Лисоветском Союзе" морячки хорошо знали своих товарищей, поэтому всё значительно упрощалось.

В частности, дежурный метеоролог Лусен, разложив перед собой на столе листки с радиограммами, быстро упростил всю информацию до короткой сводки, каковую и передал навигаторам и на главный пост. Для ТВТК погода не имела критичного значения, однако всё равно лучше знать, что ожидается. Поскольку прогноз был не критичный, в метеослужбу посылали практикантов из училищ-ухомоталищ, как это называли грызи. Лусен уже привык, что по сути работой он занимается в одну морду, а остальное время тратит на обучение молодёжи.

– Товарищ Лу, как это у тебя получилось?!
– тявкнула Леста со смешанным восхищением и ужасом, таращась на сводку погоды.

– У меня с фантазией всё норм, - сообщил лис с серъёзной мордой, но потом заржал, - Да ладно, это ничего сложного, научишься. Просто надо представлять карту в движении, сечёшь?

– Эээ...

– Пофигу, - отмахнулся лис, - Сводку сделали, пойдём полоскать пушнину.

– Да, но...

– Беличье гумно!
– немедленно срифмовал Лусен.

Тем не менее, вид молоденькой лисички никак не мог помешать ему накрошить ей на уши весьма сухого фактического материала, сухо тявкая. Лесте хватило трёх минут, пока они только спустились из отдела метеослужбы и двинули к корме корабля - пушные уши повисли под грузом, а глазки слегка остекленели. Это я ещё не копнул в математику, хмыкнул лис. Ему же эта математика была как с белки хвоя, и закончив со сводкой, он легко выбросил всё это из головы до следующего раза. С неба, на котором тусовались только отдельные перистые облака, очень прилично пекло солнышко, что ничуть не удивительно, учитывая то, что судно полным ходом приближалось к экватору. Здесь не было привычных для средних широт долгих сумерек, потому как светило уходило за горизонт почти вертикально и оттого очень быстро - раз, и уже темень. Весь день тепло лилось сверху, что заставляло многих морячков напяливать кепки или ещё какие картузы, дабы не напекло башку.

В качестве более основательного средства против перегрева использовали, как это ни парадоксально, забортную воду. Ещё дальше к корме, чем основная надстройка, находились выступы корпуса, на которые опирались рельсы кранов; снизу там существовали площадки для спуска маломерных шлюпок, а также просто лестниц, достававших до воды - на всякий случай. Когда речь идёт о плавании близко к экватору, случай заключался в возможности спустить туда рыболовные сети, и натурально прополоскать пушнину в набегающем потоке воды. Без сетки плескаться в море было совсем чревато, потому как судно идёт на приличной скорости, и более чем вероятно затягивание под винты. Собственно, такие фортели официально запрещались, однако как только морячки попадали в здешнее пекло, запреты оставались в более холодных водах. Хемма хотела было что-то цокнуть поперёк, однако, когда взамен ей предложили установить на палубе бассейн, сразу цокнула вдоль. Городить лишнее и нагружать этим судно, пусть и на сотую долю процента, это вообще не про грызей.