А л и б а е в. Говорят, где-то через южную границу переправили, потом степью. И в Соляной городок. Если верить.

К о б з и н. Соляной городок почти крепость… (Вспомнив.) А знаешь что, Алибаев, слух здесь прошел, будто атаман готовится мобилизовать казаков от шестнадцати до шестидесяти лет. Мне он показался просто вздорным.

С е м е н. Мы еще посмеялись: вместо винтовок, мол, палки возьмут.

А л и б а е в. Ленин предупредил: хотят в кольцо взять революцию. Вот зачем мобилизация. Дон, Кубань, Терек, Урал, сибирский Колчак, понимаете? Товарищ Ленин сказал: дело чести местных большевиков — рвать кольцо.

К о б з и н. Да… Дело чести… Вот что — надо немедленно проверить Соляной городок и, если заморский подарок там, захватить или… взорвать.

С е м е н. Петр Алексеевич, я.

К о б з и н. Что?

С е м е н. Пойду в Соляной.

К о б з и н. Ты? Посмотрим. Пройдем ко мне, Алибаев. А ты, Семен, подожди.

Кобзин и Алибаев уходят.

С е м е н. Как думаешь, пошлют?

Н а д я. Могут.

С е м е н. Скажут — пулеметчик.

Н а д я. Безработный.

По лестнице спускается О б р у ч е в и направляется к выходу.

С е м е н. Сергей! На минутку!

О б р у ч е в. Пожалуйста. (Подходит.)

С е м е н. Торопишься?

О б р у ч е в. Нет.

С е м е н. Надя, у меня к Сергею секрет.

Н а д я. От меня?

С е м е н. Ну, понимаешь, на одну минуту.

Надя уходит.

Я насчет нее.

О б р у ч е в. Нади?

С е м е н. Да.

О б р у ч е в. Не понимаю.

С е м е н. Давай по душам.

О б р у ч е в. Ну, пожалуйста.

С е м е н. Ты с ней, как говорится, гуляешь? Верно?

О б р у ч е в. Предположим, верно.

С е м е н. Без всякого предположим. Гуляешь. Ну вот. Скажи мне, Сергей, только откровенно, ты к этому относишься серьезно, в общем: жениться думаешь?

О б р у ч е в. Странный разговор.

С е м е н. Почему странный?

О б р у ч е в. О таких вещах, как женитьба, сейчас не думается. Сам знаешь, какое время.

С е м е н. Ну, а потом?

О б р у ч е в. Потом видно будет.

С е м е н. Я так и знал. Зачем же ты человеку голову задуриваешь?

О б р у ч е в. Ничего подобного.

С е м е н. Не нуждаешься ты в ней. Думаешь, не вижу? Все вижу! А не знаю, зачем тебе надо обманывать… Если бы ты знал, какая у нее была вся жизнь…

О б р у ч е в. Я не обманываю Надю. Или ты считаешь, что у меня совести и чести нет?

С е м е н. Одним словом — было бы сказано. И не дай тебе бог…

О б р у ч е в. Да за кого же ты меня принимаешь?

С е м е н. Ни за кого не принимаю и говорю просто.

О б р у ч е в. А почему именно сейчас заговорил об этом?

С е м е н. Давно собирался, а тут, пожалуй, ехать придется, не знаю, когда опять увидимся?

О б р у ч е в. Ты ехать собираешься? Куда?

С е м е н. В станицу Озерную, насчет сена. Только не знаю, пошлют ли. (В дверь.) Надя! Можно!

Входит Н а д я.

Н а д я. Насекретничались?

О б р у ч е в. С избытком.

К о б з и н (появляясь в дверях). Маликов, зайди.

Семен уходит за Кобзиным.

Н а д я. Значит, посылают.

О б р у ч е в. А он сомневался. Хороший парень.

Н а д я. Очень.

О б р у ч е в. Любит тебя.

Н а д я. Знаю. У меня сейчас так неспокойно на душе… Правда, Семен смелый и ловкий… Скажи, если бы сейчас не его, а тебя послали в Соляной городок, пошел бы?

О б р у ч е в. А разве он в Соляной?

Н а д я. Да.

О б р у ч е в. А как же не идти? Конечно, пошел бы!

Н а д я. Я тоже. И за себя, и за тебя.

О б р у ч е в. Нет, Надя, я сам за себя. А знаешь что? (Обнимает.) Давай просить комиссара, чтоб в следующий раз послал нас вдвоем.

Н а д я. С тобой… я ничего не боюсь. Куда угодно. На край света.

Двор Стрюкова. Слева — ворота, справа — дом. Из-за каменного забора виден одноэтажный город; церковь, чуть подальше — мечеть. Голые карагачи и ветлы. Над крыльцом красный флаг. У ворот, где висит полевой телефон, дежурит О б р у ч е в. С опаской оглядываясь, Обручев подходит к дому и закладывает в душник в фундаменте заряд взрывчатки и фитиль, затем снова закрывает душник, торопливо уходит к воротам. Энергичной походкой во двор входит К о б з и н.