Шрифт:
К о б з и н. Нет, настоящий. Руки вверх! И ни с места! Чуть что… (Семену.) Забери оружие.
Семен обезоруживает Бондаря и Юрочку.
Поджигали?
Б о н д а р ь. Боже упаси! Мы работаем по золоту…
К о б з и н. Красные банты нацепили… (Срывает банты.) Завтра революционная тройка судить будет.
Б о н д а р ь. За что?
К о б з и н (Семену.) Пусть уведут.
Б о н д а р ь. Пожалуйста.
Семен провожает бандитов за дверь.
К о б з и н (Наде). А ты все дрожишь? Успокойся. Ну?
Н а д я. Возьмите меня в отряд.
К о б з и н (шутливо). Такую кислую? (Меняет тон.) Вот что, девушка, Надя Корнеева, кажется?
Н а д я. Да.
К о б з и н. Слезой дорожить надо. Значит, просишься в отряд?
Н а д я. Я что хотите буду делать — стирать, стряпать.
Входит С е м е н.
Я все умею, возьмите!
К о б з и н. В отряде кроме стирки дел хватит. Молодец, правильно решила. (Семену, кивнув в сторону Обручева.) Твой студент?
С е м е н. Он, Петр Алексеевич. (Обручеву.) Иди сюда, это наш комиссар…
Обручев спускается по лестнице. Входит А н н а, за ней нерешительно идет С т р ю к о в.
А н н а. Здравствуйте.
Н а д я. Бабуня! (Увидела Стрюкова.) А этот зачем вернулся?
ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ
Прихожая в доме Стрюкова. Справа дверь в гостиную — там комната комиссара Кобзина. На полу ящики с патронами, чуть в стороне — пулемет, два-три седла и другие принадлежности походной жизни. Слегка напевая, С е м е н играет на двухрядке. Входит В а с и л и й.
В а с и л и й. Здорово. Играешь?
С е м е н. Нет. Дрова рублю.
В а с и л и й. Веселый ты человек, Сень. А я, брат, ухожу. Прощай, друг.
С е м е н. Погоди, куда уходишь?
В а с и л и й. В Соляной городок.
С е м е н. В Соляной? К белым?
В а с и л и й. На кой они. Домой иду.
С е м е н. Понятно. Бутовцы будут там расстреливать нашего брата, а ты станешь им на руки воду поливать. Глядишь, зуботычину отвалят. Очень даже просто. Не сидится здесь?
В а с и л и й. И без меня тут голод. Да и сидеть зря нечего. Там, может, в работники наймусь.
С е м е н. Тянет?
В а с и л и й. Есть-пить надо. Стрюков письмишко написал, хорошее такое письмо. На, почитай-ка.
С е м е н (читает). Да, хвалит. Будто ты из чистого золота или вообще драгоценный. Кинь эту бумажку в нужник да оставайся у нас. Подведем всех Стрюковых к ногтю.
В а с и л и й. А что Стрюков? Он мне ничего плохого…
С е м е н. Ну и темно же у тебя в голове. Как в брюхе старой коровы.
В а с и л и й. А ты не злись.
С е м е н. Так за тебя же обидно. Хочется, чтоб человеком стал.
В а с и л и й. А по-твоему, я обезьяна?
С е м е н. Хуже.
В а с и л и й. Ну и пускай. А воевать меня все равно не усватаешь. Ни за красных, ни за белых. Пускай тот воюет, кому жить надоело.
С е м е н. Иди, черт с тобой! Гни спину. Набивай буржуям карманы. А с тебя вот и таких драных штанов хватит. (Играет на гармошке.)
В а с и л и й. Гляжу я на тебя, Семен, ловкий ты. Право слово.
С е м е н. Чем это я ловкий?
В а с и л и й. Всем. Взять хотя бы эту самую гармошку, глядишь ты в сторону, пальцы бегают будто сами по себе, а гармонь ладно играет. Это не всякий сможет.
С е м е н. Я, брат, к музыке привязанность имею.
В а с и л и й. Тебе просто во всем везет.
С е м е н. Ну да?
В а с и л и й. Истинный господь. Опять, скажем, про Надю.
С е м е н. Что про Надю?
В а с и л и й. Видать, поженитесь?
С е м е н. А! Должно…
В а с и л и й. Я так и думал.