– Помощь нужна?
– зычно окликнул Флоренц, гарцевавший чуть поодаль со всадницей на спине. Я угадал насчет пулеметчицы -- на Амбридж были навьючены запасные колчаны, и она подавала стрелы. То еще зрелище, скажу я вам, но смеяться отчего-то не тянуло.

– Спасибо, Флоренц, сами управились!
– отозвался я и хотел добавить что-то еще, но тут Том гаркнул мне в ухо:

– Ни с места! Не шевелись! Ни звука!

Если Риддл приказывал таким тоном, то самым правильным было выполнить его требование, и я замер на месте с полуоткрытым ртом. Седрик, стоявший в отдалении, видел я краем глаза, поступил так же, и я заметил, как он стремительно бледнеет. А потом понял, что стало тому причиной...

Мимо нас, извиваясь в траве, стремительно проползла громадная змея, толщиной, наверно, в бедро взрослого человека. Мы ее, к счастью, не интересовали, она направлялась прямиком к Снейпу.

Я шевельнул было рукой -- одна Авада, и нет проблем, - но змеюка тут же развернулась в мою сторону, и я снова окаменел. Она была куда быстрее оборотня, и против нее у меня не было шансов. Боюсь, у профессора тоже: он не пытался бежать, да что там, даже палочку не поднял, хотя успел бы пришибить эту тварь, реакция у него была что надо! А может, и не успел бы -- это была не обычная змея. Похоже, нас нашла сама Нагини. Предпоследний крестраж...

Змея подняла верхнюю часть туловища, как кобра, так что голова ее оказалась на одном уровне с лицом Снейпа, и прошипела:

– Так вот где ты прячешься, предатель... Я знал, что ты здесь, Северус, знал...

Я сперва опешил -- с каких это пор я серпентарго понимаю?
– а потом сообразил, что это Том переводит, у него же была обратная связь, он все слышал, да и видел недурно.

Змея медленно-медленно придвигалась к профессору, а тот так же медленно отступал, не сводя с нее глаз. Она была на таком расстоянии, что не было ни малейшего шанса избавиться от этой твари: змеи живучие, и даже если бы я ухитрился всадить в нее Аваду, она успела бы вцепиться в Снейпа, а я почему-то не сомневался, что она ядовитая... Сейчас я как никогда жалел о том, что невербальные заклинания мне даются из рук вон плохо!

– Седрик, - шепнул Том в наушнике.
– Ты стоишь намного дальше. Произнеси вот что...

Диггори вздрогнул, сглотнул, но все же издал едва слышное шипение. Подействовало: Нагини рывком развернулась в его сторону, и Снейп смог сделать два шага назад, увеличивая расстояние до смертоносной твари.

– Что ты сказал?
– прошипела она, метнувшись к Диггори.

– Теперь ты, - приказал Том, и я повторил звуки, которые он нашептал мне в ухо:

– Я знаю где то, что ты ищешь.

– Такая маленькая вещь...
– добавил отступивший Седрик, и змея снова кинулась к нему, а я тоже проворно попятился.

– Не больще пятнадцати дюймов...

– Белого цвета...

– Абсолютно непобедимая...

– Из бузины...

– С сердцевиной из волоса фестрала...

Теперь змея металась в центре образованного нами треугольника, но он все еще был недостаточно велик для того, чтобы кто-то из нас мог прикончить гадину без риска угодить в другого, если промажет.

– Рон, окоп прямо позади тебя, - шепнул Том.
– Еще шаг -- и падай. Тогда Снейп сможет ее убить.

Я и рухнул, надеясь только, что не сломаю себе шею. Зеленая вспышка сверкнула прямо надо мной, но, похоже, Снейп промахнулся...

Зато не промахнулся Флоренц. Сперва что-то свистнуло, а потом над моей головой мелькнуло лошадиное брюхо и громадные копыта - это кентавр одним махом перескочил окоп. Я еще успел вскочить и высунуться наружу, чтобы увидеть, как Нагини в предсмертных судорогах бьется на земле, а в основании черепа у нее торчит стрела. Стрела, наконечник которой был смазан ядом василиска.

И все бы ничего, но кентавр есть кентавр -- он приподнялся на дыбы, потрясая луком, опустил передние копыта на скользкую гадину, превращая ее в месиво, но...

Я говорил, что змеи живучи. А может быть, Нагини была уже мертва, и только случайное сокращение мышц от удара, рефлекс заставил ее извернуться и вонзить ядовитые зубы в ногу Флоренца...

Кентавр вскрикнул -- это был странный звук, что-то среднее между лошадиным ржанием и человеческим воплем, - и отпрянул. Клыки Нагини глубоко вошли в его плоть, и змеиное тело потянулось следом: он никак не мог стряхнуть с себя ядовитую тварь, которая мстила, даже будучи мертвой, совсем как ее хозяин.

– Флоренц?
– Амбридж, скатившаяся с его спины, когда кентавр встал на дыбы, кинулась было разжимать челюсти змеи, но пришедший в себя Снейп успел перехватить ее руку.

– С ума сошли?!

– Снейп, но... но...
– она растерянно смотрела на то, как Флоренц все пятится и пятится, будто в надежде уйти от смерти, а она тащится за ним тусклой зеленой лентой, почти не заметной в траве.
– Вы же зельевар!.. Вы...

– Уже поздно, - шепотом сказал он.
– И у меня нет средства против яда этой змеи.