– Каков нахал, - выговорила тетушка и взволнованно протерла лорнет.
– И что же мы должны тебе рассказать?

– Полагаю, самое важное я знаю и так, - улыбнулся Том.
– Беда лишь в том, что я не представляю, каким образом можно добиться пересмотра дела мистера Блэка, учитывая то, что он заочно приговорен к смертной казни и находится в бегах. Судя по всему, стоит ему объявиться и даже попытаться сдаться властям, как его тут же отправят в камеру, а там, пока суд да дело, и до поцелуя дементора недалеко...

Бабушка Цедрелла нахмурилась, Том же продолжал:

– Поэтому, уважаемые дамы, если и предпринимать какие-то шаги в этом направлении, то заочно. Думаю, мистер Блэк выдаст доверенность на ведение своего дела надежному человеку, самому же ему до тех пор, пока смертный приговор не будет отменен хотя бы временно, а дело -- отправлено на доследование, лучше скрываться.

– Красиво говорите, юноша, - проронила миссис Лонгботтом, - убедительно. Уж не посещали ли вы курсы сценической речи?

– Что вы, мадам, всего лишь факультатив по риторике у профессора Эндерби, - улыбнулся Риддл.
– Помните его? Я ведь хотел стать преподавателем, поэтому посещал занятия для старшекурсников... Увы, теперь в Хогвартсе уже нет этих архаичных предметов -- риторики, логики, а жаль, многим бы это не помешало!

– Пожалуй...
– выговорила та, невольно поперхнувшись.
– Но вернемся к делу. Мистер де Линт.

– Можно просто Том.

– Том...
– повторила миссис Лонгботтом.
– Все верно, дети рассказали нам невероятную историю о том, кем вы являетесь на самом деле и откуда... хм... появились. Вы не можете не понимать нашей тревоги и... и...

– Том знает о маме с папой, - сказал вдруг Невилл.
– Он отличный легилимент, и я ему показывал, какие они теперь.

– Да, - негромко сказал Том.
– Я всё видел. Просить прощения за это я не могу: как ни банально это звучит, я не виноват. Вернее, не виновата та часть Тома Риддла, которую вы видите перед собою. Ну а с остатками своей личности я постараюсь разобраться, и это самое меньшее, что я могу сделать.

– Вы предлагаете поверить вам на слово?
– спросила бабушка Цедрелла.
– Да, выглядите вы вполне невинно, но под маскою овцы частенько таится настоящий дракон.

– Ну какой из меня покамест дракон, помилуйте, - усмехнулся он.
– Так, змееныш... И нет, не просите меня принести Обет. Я уже поклялся этим вот малолеткам на крови, и этого, по-моему, вполне достаточно.

Я помнил, как Том лихо обжулил нас с этой клятвой, но промолчал.

– И все же, что с делом мистера Блэка?
– настойчиво спросил он, не забывая воздавать должное угощению.

– Погодите, Том, - подняла руку бабушка Цедрелла.
– Вы так и не сказали, что намерены делать в дальнейшем. Если невероятная история о вашем... хм... воскрешении -- правда, то...

– Мир я захватывать не намерен, - серьезно ответил Риддл.
– Как я уже сказал ребятам, этого не понадобится. Для начала я завоюю детские умы, а когда дети вырастут, то принесут мне этот мир на блюдечке с золотой каемочкой!

– Оч-чень амбициозный юноша!
– с истинным восторгом произнесла тетушка Мюриэль и даже порозовела от избытка эмоций. Если дело так пойдет и дальше, она наденет голубое платье и перестанет завивать кудри!

– Отчего же, я здраво оцениваю свои силы, - пожал плечами Том.
– Вы же не можете отрицать, уважаемые дамы, что под моим чутким руководством ваши внуки достигли немалых успехов?

– Да, и это... несколько пугает, - произнесла миссис Лонгботтом. Видно было, что в ней борются желание поверить Риддлу (а я по себе знал, насколько сложно ему не поверить!) и вполне рациональные опасения.

– Чего бояться, бабушка?
– удивился Невилл.
– Том первым делом всегда технику безопасности вдалбливает, - он для убедительности постучал себя по макушке.
– И никогда не дает попробовать что-то новое, пока мы не вызубрим все как следует!

– Невилл, я не об этом, - нахмурилась она.
– Не скрою, преподавательские таланты Тома впечатляют...

– Вот, поди, Дамблдор локти грыз, - ухмыльнулась тетушка Мюриэль, - что не оставил такой самородок при себе! Ты же в Хогвартсе хотел преподавать, а, Том?

– Хотел, - грустно улыбнулся он.
– Правда, тогда директорствовал Диппет. Но, думаю, я-второй и после пытался попасть на это место... Но мы отклонились от темы разговора. Полагаю, миссис Лонгботтом опасается того, что, стоит мне заполучить власть над другими людьми, у меня от вседозволенности снова, как это теперь модно говорить, сорвет крышу, и я начну творить что-нибудь непотребное. Я уже наслышан о зверствах, которые учиняли последователи Волдеморта под его чутким руководством и при его деятельном участии...
– Том покачал головой.
– Очевидно, в какой-то другой крестраж он поместил остатки жалости, сострадания и здравого смысла...