– Том, ну опять из тебя пафос полез...
– простонала Джинни.

– Молчи, женщина, не порти сцену, - беззлобно шикнул на нее Риддл.
– Гхм, да, немного увлекся. Так вот, мистер Крауч, нам нужны ваши связи, информация и помощь.

"Угу, а еще одежда и мотоцикл", - невольно подумал я и сделал вид, будто закашлялся.

– А если я откажусь?
– спросил тот, помолчав.

– Тогда вы вернетесь в свой департамент, но никогда не вспомните о нашей встрече, - ответил Том.
– Но я бы на вашем месте согласился. Сколько еще вы сможете удерживать сына взаперти?

– Не знаю...
– выдавил тот.
– Барти очень силен, недаром Волдеморт его отличал... Винки -- это моя домовуха -- следит за ним днем и ночью, но и то он несколько раз едва не сбежал... Он одержим своим господином и слышать ни о чем не желает!
– Мистер Крауч умолк, потом повернул голову и произнес: - Августа, я...

– Молчите, Барти!
– взмахнула она рукой.
– Не надо оправдываться. Думаете, я не понимаю, что вами двигало? Вами и вашей несчастной супругой... Вашего сына я простить не могу, но и осудить вас -- тоже.

– Спасибо, Августа... Я не мог рассчитывать даже на это...
– выговорил он и снова посмотрел на Тома.
– Что вам нужно от меня? Теперь, когда я в ваших руках...

– И это из меня, значит, пафос лезет, - фыркнул Том и присел на край стола.
– Я уже сказал -- нам нужна помощь. У нас нет связей, да и добыть нужную информацию не так-то легко. А Сириуса нужно оправдать или хотя бы добиться отмены смертного приговора на время пересмотра дела. А то ведь это быстро делается, никто и оглянуться не успеет!

– Ясно.
– Мистер Крауч помолчал, потом произнес: - Однако этим вы не ограничитесь, верно ведь? И мой сын...

– Боюсь, здесь я вам ничем помочь не смогу, - покачал головой Риддл.
– Судя по всему, ваш сын яростно предан мне-второму, а раз так, его вряд ли удастся переубедить. Мне он не поверит, я на его кумира совсем не похож, верно?

– Выходит, придется до конца жизни -- моей или его -- держать Барти под Империо, - глухо сказал тот.
– Я уже подумывал о том, чтобы стереть ему память и отправить подальше отсюда, а быть может, самому уехать с ним вместе, но... что жизнь взаперти, что жизнь без памяти -- не знаю, что хуже! А убить его я не могу...

– Я думаю, вам просто нужно ослабить контроль, - совершенно серьезно ответил Том.
– Только не сразу, а понемногу, постепенно, чтобы это не выглядело подозрительным. А домовухе своей прикажите следить за ним в оба, но не вмешиваться.

– Зачем это?!
– поразился мистер Крауч.

– Этот стервец имеет в виду, Барти, - вмешалась тетушка Мюриэль, расправившаяся с последним пирожным, - что твой оболтус непременно сбежит, как только ему представится такая возможность. И лучше, чтобы он сделал это, как Рон выражается, под чутким руководством.

– Действительно, - кивнула бабушка Цедрелла, - скорее всего Барти-младший постарается разыскать своего патрона, как-то дать о себе знать... Тот ведь жив, в этом многие уверены!

– А тот, поняв, что у него еще остались верные люди, и немало, непременно объявится, - добавила миссис Лонгботтом.

– Словом, чем искать его по всему свету, проще выманить на живца, - завершила тетушка Мюриэль.
– И уж извини, Барти, твой отпрыск идеально подходит на эту роль! Он ведь все равно смоется, помяни мое слово, а так хоть какая польза будет. Опять же, о крестражах он может что-то знать!

– Да, хотелось бы пообщаться с ним, - кивнул Том и улыбнулся.
– Потому как некоторые идеи на этот счет у меня есть, но любая информация лишней не будет.

Мистер Крауч молчал. Он будто постарел на несколько лет, как ни банально это звучит, и видно было, насколько тяжело дается ему решение. На кону была и жизнь сына, и собственная карьера, и...

– Хорошо, - выговорил он наконец.
– Но с одним условием. Вы не убьете Барти.

– Только если в порядке самообороны, - заверил Том, - но у меня имеется встречное условие. Вы принесете Непреложный обет, как все собравшиеся, и вдобавок поклянетесь на крови действовать только в наших интересах и всячески способствовать нашему общему делу. И, быть может, - добавил он, - тогда у вашего сына еще будет шанс одуматься или хотя бы выжить. В конце концов, он может бежать из страны...

Тут Риддл вдруг задумался на секунду, видимо, делал какую-то мысленную пометку, но тут же очнулся и спросил:

– Итак, ваше решение, мистер Крауч? Заметьте, я ничего не обещаю наверняка и не сулю вам непременное спасение и золотые горы в награду. Нет у меня такого обыкновения. Я вам честно говорю -- шанс есть, пусть мизерный, но есть, а вот получится ли его реализовать, зависит только от вас и вашего сына.

Снова воцарилось молчание, потом мистер Крауч неохотно кивнул.

– Хорошо, - сказал он, - ради сына я согласен на это безумие. Если выйдет, он хоть отчасти искупит свою вину, пусть даже не подозревая об этом... Но вы, в свою очередь, пообещайте раздавить гадину, которая уничтожила столько жизней!