Десять шагов

до росстани.

Столько же —

до расставания...

Звезд

голубые россыпи

вздрагивали, позванивая.

Слушая ветры добрые,

гладя березы нежно,

я проходил сквозь долгие

росстани

Заонежья.

Зная, что в ливнях

росных,—

то электронно,

то ветхо,—

все мы живем на росстанях,

на сквозняковых росстанях,

на бесконечных росстанях

нсвозмутнмого

века.

НА Ю С О В О Й ГОРГ.

Могила И. Л. Федосовой до сих пор не

найдена. Знают только, что знаменитая

народная сказительница похоронена

в Заонежьс на кладбище села Кузаран-

да.

Возле озера

сгнила оградка тесова.

11а горе —

деревянных крестов разнобой...

Спой,

Ирина Андреевна,

свет-Федосова!

91

Про крестьян Олонецкой губернии

спой.

Спой про них и за них.

За могутных,

за рыжих,

за умельцев,

уставших от долгих трудов,

за больных бурлаков,

за гундосых ярыжек,

за обиженных свекром и боженькой

вдов.

За прозрачных старух,

за детишек в коросте,

за добытчиков леса на тропах кривых...

Ты, Л р и н у ш к а ,

выскажи их безголосье.

Пособи сиротинам.

У в а ж ь горемык.

Научи их словам,

дай им собственный голос,

тем, которые,—

ежели полночь страшна,—

медяком похваляясь,

в беде хорохорясь,

по-звериному воют над чаркой вина...

Ты спаси их.

Спаси от извечной напасти.

Ты их выпрями,

выправь,

людьми назови.

Ведь не зря по России —

всё Спасы да Спасы.

На Терпении Спас.

На Слезах.

На Крови...

Ты начни причитанье тихонько.

Особо.

Неторопко.

Нежданно, как дождь в январе.

Спой,

Ирина Андреевна,

свет-Федосова!

Спой, к а к в детстве,

на Юсовой скорбной горе...

92

Впереди у тебя —

одинокая старость

и могила,

ушедшая в небытие...

Л и ш ь бы песня осталась.

Л и ш ь бы правда осталась.

Л и ш ь бы дело осталось.

Твое и мое.

Б А Н Н Ы Й Л Е Н Ь

Прямо над Онегою —

десять

бань...

Таз эмалированный —

будто барабан!

Десять потрясеяяй,

десять заварух,

десять раз:

«Ох, ты-ы!..»,

десять раз:

«У-у-ух!..»

Десять раз — холодно,

десять — горячо,

десять раз

веником —

через плечо!

Простуда не в простуду,

беда не в беду!

Десять поминаний черта в аду!..

Десять долгих выдохов:

«Кончено...

Предел...»

Десять обновленных, распаренных тел...

А через дорогу — десять

домов.

Над печными трубами —

десять дымов.

Десять хозяюшек угодить хотят,

булкн-налетушкн в масле бухтят...

Десять аккуратных стираных рубах.

Десять папиросок мерцают в зубах.

Десять откровений:

« Ж а р неплохой...»

93

Десять ложек тянутся

за ухой.

Десять перепутанных

прядей волос.

Десять капель белого:

«Чтоб спалось!..»

А уха навариста,

уха — янтарь.

От нее не запах —

сплошной нектар

Десять лбов наморщенных.

Десять умов.

Сто стаканов чая

на десять домов!..

Ночь.

Отдохновение.

Тишина.

Десять ультиматумов:

«Спать, жена!..

...11 такое озеро

за окном —

десять океанов

поместится

в нем!

И такой д у р м а н и т е

от земли —

д а ж е в бане

веники

расцвели.

П О В А Р А

Земля еще и потому щедра,

что в мире существуют

повара!..

Благословенны их простые судьбы.