Тем временем надвигается зима. Город цепенеет от предчувствия мороза, улицы пустеют. Прохожие движутся перебежками – от тепла к теплу. Декабрь выпадает снегом и немного скрашивает пустынность зимнего города. Со второй недели декабря обрушивается сезон гирлянд и елочных украшений – вскоре не остается и следа от холодной мрачности. Расцвеченный и разукрашенный Киев поглощен ожиданием новогодних праздников – таких привычных и таких необычных из года в год. Подарки, елки, свечи, игрушки, фотографии заснеженных деревьев, – все успешно работает на имидж Нового года.

Каждый Новый год – новый праздник. Новые надежды на новое счастье.

Аня тоже надеется вместе со всеми. Но ничего не происходит – она встречает праздник в одиночестве. В своей киевской квартире. Без слез. Без радости. Насухую.

А на Рождество едет к бабушке. И та не знает, что ей делать с таким огромным счастьем – видеть Аню. Аня гостит долго, выслушивает рассказы обо всех соседях, а сама отмалчивается.

– А Герасимовы что? – спрашивает только между прочим.

– Внуков Валя нянчит.

– А Сашка?

– Говорят, убили его.

– Кто... говорит?

– Валентине передал кто-то, мол, за границей убили.

– Не может быть этого!

– Знакомый его какой-то приезжал. Денег привез. И говорит, мол, сына не ждите...

– Когда это было?

– Месяца два назад, – бабушка вздыхает. – Плакала Валентина. Сильно плакала...

18. СТРАХ

Что-то окончилось навсегда. И нужно жить после этого. Жить заново.

Вспоминается почему-то Шубин и то, как он привлек ее тогда. Привлек именно тем, что держался так уверенно, так свободно, изысканно и стильно. Вспоминается, как хорошо с ним бывало...

К весне тело просыпается, пытаясь стряхнуть оковы затянувшейся скорби. Но знакомиться не хочется. Новое знакомство неминуемо повлечет новое разочарование... Шубин, по крайней мере, не оставил неприятного осадка. Даже на прощание он мог высказаться жестче и злее, мог вообще не выбирать выражений, но он остался интеллигентом до конца, не опустился до упреков и выяснения отношений.

А теперь... она снова, в который раз, оказалась наедине с пришедшей весной. Одна. Совершенно. Абсолютно одна в холодном космосе. Космос всегда холоден к ней. Он с весной не теплеет.

Апатия захлестывает волнами. Знакомиться... так неприятно. В свои неполные двадцать девять лет Аня – полноценная, самостоятельная личность, много повидавшая и многого достигшая – сама, собственным трудом, в одиночку. Ее финансовой состояние прочно, ее бизнес стабилен, она реализована как специалист. Знакомиться с мужчинами, которые сами ищут в ней опору и поддержку – какой смысл? В Шубине тогда привлекла именно сила, именно его уверенность в себе.

Ровесники Анны – молодые оболтусы, увлеченные компьютерными играми, футболом и пивом. А те, кто старше, уже женаты, или – того хуже – уже разведены и заняты тем, что меняют женщин. Аня уверена, что на подобные связи даже не стоит тратить времени.

Иногда она пытается стряхнуть с себя задумчивость и оглядывается по сторонам. Случается это обычно в автомобильных пробках или в супермаркетах. На миг в поле зрения попадают какие-то лица и тут же исчезают.

Но потом Аня неожиданно ловит себя на том, что одно лицо начинает повторяться. «Где-то я его видела, где-то видела», – мучится Аня, и не может вспомнить ничего конкретного. Может, этот парень висел рядом с ней на перекрестке под светофором, может, брал мюсли с той же полки в магазине.

Из окна своего кабинета она видит его серебристую «ладу», припаркованную на автостоянке около стоматологии. Может, он работает рядом... Аня фиксирует это все отрывочно, забывая в тот же момент, а потом снова с удивлением натыкаясь взглядом на этого невысокого парня с сосредоточенным лицом.

И только когда она в очередной раз встречает его у подъезда своего дома, замирает и пытается угадать, что он может делать в ее районе. Но тот резко пропадает их виду, свернув за угол. Его машины не видно поблизости. Аня входит в квартиру и закрывает дверь на все замки...

Снова все забывается, словно стирается сном. Наутро она думает о других делах, о работе, о том, что нужно заехать на заправку. Но, выйдя из авто и случайно взглянув вдаль, снова видит серебристую «ладу». Машина на этот раз припаркована у бордюра метрах в пятидесяти от ее клиники. Может, это другая «лада», Аня не видит четко номера, но совпадения начинают настораживать. В этот день она нигде не встречает сосредоточенного парня, но на следующее утро снова замечает его авто – чуть дальше от клиники, но вполне в поле зрения.