– Дир будет рядом с Олегом. Опыт старшего остудит пыл младшего, объявил далее Рюрик и посмотрел сначала на Дира, а затем на своего брата. Олег вспыхнул, но возражать не стал. Знал, что князь нынче таков, что ему нельзя прекословить. Надо только слушать и запоминать все, что будет сказано.

– Сигур и Триар!
– обратился Рюрик к старшим своим родственникам. Вам, как и прежде, поручаю самое тяжёлое - боевые машины и метание дротиков, - продолжил Рюрик.

На лицах его двоюродных братьев не дрогнул ни один мускул. Оба они пребывали в зрелом возрасте, оба понимали и ценили в Рюрике умение расставлять людей и боевую технику во время боя.

– Руаль, твоя колонна свеев будет первой. Ты начнёшь с малого разбега и, только подойдя вплотную к врагу, нанесёшь ему сокрушительный удар. Далее покажут ловкость метатели дротиков под руководством Триара. Машины уже стоят на местах, ремни готовы.
– Рюрик почувствовал, что увлёкся: все эти детали его дружинники и военачальники знали давно, но ему хотелось поразить волохов. Взглянув на Аскольда и Дира, он убедился, что цель достигнута, и решил закончить совет.
– Нужно использовать боевые крики. Аскольд показал нам, как угнетающе они действуют на противника.
– Князь глянул на волоха. Тот вздрогнул и метнул взгляд на Рюрика: "Издевается?" - но князь спокойно продолжил: - Только боевые крики должны раздаваться вовремя: когда воины устанут или растеряются. И напомните своим бойцам: германцы свирепы, дики и неутомимы только в начале боя. Их удали едва ли хватает на треть боевого дня.
– Князь выдержал паузу.
– Теперь о силах германцев. Разведчики доносят о постоянных раздорах между ними. Нам предстоит биться против объединённых сил Лотария и Людовика Баварского, ежели к этому времени они не побьют друг друга.

Советники засмеялись, а Рюрик, выждав тишину, продолжал:

– Братья ненавидят друг друга лютой ненавистью - вы все знаете об этом. Но после того, как моравский князь Моймир отделился от них, Лотарий и Людовик помирились. А в результате четыре года назад Людовик Баварский сместил Моймира и отдал моравов под власть своего племянника Ростислава. Ныне бушует Моравия, не даёт покоя новому правителю. Людовик рассвирепел и совершил несколько разрушительных походов не только к моравам, но и в соседнюю Богемию. Моравы, чехи и сербы не поддаются германцам, поэтому Людовик уговорил Лотария обнажить свои мечи против нас.

Рюрик сжал кулаки и, унимая поднявшуюся злость, тихо, но чётко добавил:

– Мы не уступим германцам, чего бы нам это ни стоило!

Присутствующие встали все как один и поклялись:

– Не уступим германцам!

Рюрик, ни на кого не глядя, быстро вышел из палатки.

Утром следующего дня после военного совета Рюрик был разбужен слугой.

– Почему так рано?
– досадливо морща лоб, спросил князь. Он знал, что сам пробудится с пением первых птиц, и чувствовал, что до птичьего пения было ещё далеко. Сон был сломан. Но хуже всего, что из памяти стёрлось сновидение, а князь был уверен, что снилось что-то очень важное.
– Почему ты меня поднял?

Слуга, запинаясь и оправдываясь, робко проговорил:

– Друид солнца уж больно просил. Он что-то узнал о германцах…

Рюрик вскочил с походной постели.

– Бэрин здесь?!
– удивился он.
– "Что он задумал?
– оторопело спросил князь слугу. Тот развёл руками.

– Не знаю… Вели ввести? Он только что прибыл. Говорит, два дня и две ночи без отдыха шёл…

– Давай его сюда!
– потребовал Рюрик. Слуга выскочил из палатки и через мгновение ввёл друида солнца, на котором была одежда простолюдина, грязная и разодранная. Лицо его посерело от усталости, щеки ввалились.

– Боги! Что с тобой?!
– воскликнул Рюрик, усаживая Бэрина на свою постель.

Бэрин молча посмотрел на князя и закрыл глаза.

– Приготовь отвар наперстянки, пока он не заснул совсем, - приказал Рюрик слуге, а сам принялся растирать Бэрину шею.

Жрец глубоко вздохнул. Веки его приоткрылись и вновь крепко сомкнулись.

– Не засыпай, - попросил его Рюрик.
– Ты мне что-то должен сказать?

Слуга уже развёл огонь и кипятил воду в небольшом ковше.

Рюрик нетерпеливо ещё раз потёр шею жрецу, давая ему несколько минут отдыха.

– Ты от кого-нибудь скрывался?
– не выдержал Рюрик, видя, как лицо друида солнца понемногу оживает.
– Жрецы угрожали тебе?

Бэрин слабо улыбнулся:

– От укусов комаров… не скроешься, - отмахнулся он и, не поднимая головы, чуть слышно добавил: - Карл Лысый идёт с войском на соединение с Лотарием и Людовиком…

– Что?!
– вскочил Рюрик.
– Но он же терпеть не может Лотария, который ему приходится братом по отцу и отцом по второму браку его беспутной матери Юдифи, - всё ещё не придя в себя от грозной вести, выкрикнул князь.

Бэрин слабо улыбнулся, так и не открыв глаз.

– Когда речь идёт о гибели германского государства, то в счёт не берутся путаные родственные связи.

В голосе жреца чувствовалась горечь. Он глубоко вздохнул и угрюмо добавил: - Этому учит христианская религия. Пора бы тебе об этом знать!..

– Отвар готов, - напомнил о себе слуга. Князь взял горячий, пахнущий дымом костра и ароматом наперстянки с душицей ковш, вдохнул любимые запахи и подал его жрецу:

– Выпей-ка скорей, потом отдохнёшь, поешь и всё обсудим.
– Взмахом руки он подозвал слугу и сухо приказал: - Подогрей пищу и иди.