К полудню второго дня ты должна быть во дворце. Дело не терпит отлагательств.

Маршал.

Рона прочла послание несколько раз, скомкала и швырнула в камин. Бумага вспыхнула белым пламенем и исчезла.

– Благодарение богам, - с мягкой улыбкой сказала Роналисса и указала гонцу на дверь, - Ты принес радостные вести, они спасли тебе жизнь.

Насухо вытерев тело и высушив волосы сгустком горячего воздуха, Рона надела темно-серые штаны, сапоги без каблука с высокими голенищами, легкую льняную рубаху и длиннополый серебряный плащ с широким кожаным поясом. На плечах Роналисса аккуратно расправила капюшон-воротник и повесила на пояс два бича Сартраса - кнута, что служили не только обычным магическим оружием, но и проводником, через который Рона могла направлять магию.

Из окна подул ветер, и Рону передернуло. Удостоверившись, что всё готово к отъезду, она в последний раз взглянула на себя в огромное зеркало. Собственные черты лица, хотя и были красивыми, всегда казались Роне недостаточно мягкими и даже дерзкими и надменными. Расправив плечи, Роналисса перекинула светлые волосы за спину и вышла в коридор.

На нижнем этаже замка, как всегда, было полно народа: бегали слуги, ходили гвардейцы и обычные стражники, какие-то посетители, гонцы, послы, маги, наемники, лорды!

Рона перешла через крытую галерею из замка в Храм, избегая всех, кто пытался пристать к ней с вопросами и прошениями, миновала помещение библиотеки, и попала в западный круглый зал.

Четыре мраморные колонны, выполненные в виде потоков чистой магии, поддерживали расписной свод двадцатиметровых потолков; мозаика на полу, выложенная из тарнуанского белого и лилового мрамора, показывала пребывание душ в Долине Горгота и Сартраса. На стенах не было ни одного рисунка, но сверху донизу, их покрывало бессчетное множество различных символов, которые вместе составляли мощные заклинания. В куполе находилось небольшое отверстие и свет из него, ровным лучом, падал в центр мозаичного пола. Рона встала под луч и уже приготовилась сделать то, зачем пришла, как двери вдруг распахнулись, и в зал вошел человек, облаченный в ослепительно белую одежду.

Рона гневно посмотрела на Взывателя.

– Сегодня что, все обезумели?! Ты четвертый за утро, Эзарус, - нахмурившись, крикнула Рона, - кто решил, будто может входить ко мне без стука!

Эзарус театрально поклонился и попросил прошения, заверив, будто пришел по своим делам и не знал, что Рона находится в зале.

– Мне противен ты и весь твой род, но не настолько, чтобы даже в гневе убить тебя, - отрезала Роналисса, и левое крыло её носа приподнялось как от плохого запаха, - Хотя кого-кого, а тебя я убила бы с удовольствием, будь у меня такая возможность. Но твой дар служит тебе верную службу, как и мне... и Маршалу. Однако, - Рона жестом подозвала Эзаруса и вплотную приблизилась к его лицу, - твоя непревзойденная память и дар разделять границу между живыми и мертвыми, не дает тебе права нарушать законы живых: мои законы и законы Маршала. Ты уже давно не тот могучий Эзарус Взыватель, что подчинил себе когда-то весь мир. Эти времена минули много столетий назад. Эпохи Взывателя больше не будет. Твоей тирании больше не будет. Запомни это. Ты лишь слуга. Раб. И если ты не научишься, вести себя, как подобает с теми, кто выше тебя по рождению и положению, я превращу твоё служение в вечную агонию и лишу всего, что было тебе даровано великодушным Маршалом. Не забывайся Эзарус, а то не будет тебе ни вина, ни шлюх, ни золота в твоих карманах. При Маршале ты получаешь больше благ, чем заслуживаешь. Цени это.
– Рона отстранилась и окинула Эзаруса брезгливым взглядом. Она ненавидела его.
– Но раз уж ты здесь... Иди и скажи, чтоб подготовили Люцирона. И запас воды... И охрану. Пятерых гончих хватит. Поторопись.

Эзарус поклонился и поспешил покинуть зал. Рона взмахом руки закрыла за ним массивные двери. Свет из коридорных окон перестал проникать в помещение и на зал снова опустился приятный полумрак.

Время тянулось слишком медленно, будто не хотело приближать миг возвращения. Рона села на пол и её захватили воспоминания.

Ей было шестнадцать, когда Маршал отправил её учиться и жить в храм Элементов. С тех пор прошло больше шести лет. За эти годы она видела Маршала так редко, что точно помнила каждую встречу. Дни в храме были серыми и пустыми, высокое чувство одухотворенности утекало как песок сквозь пальцы. Учения Маршала, и сам он, казались далекими и недостижимыми. Всё что Рона испытала, находясь подле него, грозило исчезнуть будто сон. За годы, проведенные в обители высшей магии и потраченные на обучение, Рона истосковалась по тем долгим дням, когда её учителем и наставником был сам Маршал. Никто кроме неё, ни ранее, ни позднее, не удостаивался подобной чести. Не было большего счастья, чем получать знания от творца нового мира. Ей не терпелось увидеть его вновь, и она всей душой надеялась, что обучение в храме закончилось и теперь она вернется во дворец Сарлакаса, к Маршалу, уже навсегда. Больше всего Рона боялась, что этого не произойдет, что Маршал скажет, будто она не готова стать Первой слугой.

Мысли от этого были беспокойны, и Рона чувствовала, как на виске пульсирует жилка. Одолеваемая страхами и сомнениями, Роналисса не выдержала и начала сбивчиво молиться Горготу и Богам-создателям. Жаль, рядом не было Бенджамина, он поддержал бы её.

Вскоре вернулся Эзарус и доложил, что все готово к отъезду. Все, но не она сама. Рона чувствовала, что ещё не достаточно овладела своим даром, а из-за этого Маршал мог приказать ей продолжить обучение. Роналисса не хотела этого и решила пойти другим, более опасным, но и более коротким путем.

Широким взмахом руки Рона открыла магические точки, каждая из которых, соответствовала одному Элементу. Эти точки были местом сосредоточения огромной энергии. Любой маг, допущенный в храм, мог открыть столько точек, сколько Элементов содержал его природный дар. Идущая из точек магия, давала благословение, восстанавливала силы и помогала развить дар, познать свои возможности, но тому, кто недостоин она могла причинить невероятную боль, а порой и лишить части дара.

Рона владела всеми четырьмя Элементами и потому открыла все четыре точки. Из каждой заструился ровный свет. Чистая магия. Храм Элементов - одно из пяти мест на земле, где есть чистая магия, и единственное, сотворенное человеком. Остальные четыре - нерукотворные обители Элементов.

Рона стояла неподвижно.

Потоки магии были безупречны. Их цвет совпадал с цветами Элементов: прозрачно-белый, сине-голубой, зелено-коричневый и красно-рыжий. Заклинания на стенах начали испускать легкое золотистое мерцание, превратив зал в подобие сказочного замка. Рону заворожило эта красота. Она затаила дыхание, боясь слишком громким вздохом нарушить ту благодать, что снизошла на неё. За шесть лет жизни в Храме, она ни разу не заходила в этот зал. Она боялась.

Лучи магии продолжали тем временем переливаться подобно густой краске. Рона отбросила последние сомнения и сделала первый шаг вперед. Шаг на встречу манящему и опасному. Она вплотную подошла к тому месту, где четыре магических потока соединялись и образовывали крест. Почувствовав близость человека, лучи слабо подернулись и словно раздвинулись, приглашая занять место среди них.