Геринг криво ухмыльнулся и ничего не сказал. Гроза миновала, и Крокодил облегченно вздохнул. Малюта, сидевший за рулем, вдруг сбросил газ и, внимательно глядя куда-то в сторону, пробормотал:

– Ну-ка, ну-ка… Интересненько… «Мерседес» катился по инерции, а Малюта все смотрел в зеркало, и на его лице отражалась напряженная работа мысли. Заинтригованные Геринг с Крокодилом тоже обернулись, но не увидели ничего особенного, кроме большой автостоянки с заправкой и «Макдоналдсом».

– Ну и что ты там увидел?
– сварливо поинтересовался Геринг.

– Сейчас расскажу, - ответил Малюта и решительно свернул с дороги.

Ехавшие следом три новеньких «Форда», набитые готовой на все братвой, повторили его маневр и тоже остановились на широкой ровной обочине.

Малюта повернулся к Герингу и сказал:

– Два месяца назад я ездил в Нью-Йорк по общим делам и встречался там с людьми Алекса. Только что я видел на стоянке двух из них - Петруху и Малого. Я их хорошо запомнил. И если тот одноглазый тип, который был вместе с ними, не Знахарь - я готов съесть твои штаны. Я отвечаю, Геринг.

Геринг резко обернулся в сторону стоянки, но ничего не увидел.

– Точно там был Знахарь?
– спросил он, подавшись к Малюте всем своим грузным телом.

– Больше некому, - уверенно ответил Малюта, - и к бабке не ходи.

– Ну что же, - сказал Геринг, нервно потирая друг о друга толстые ладони, - значит, теперь в Гринвидж тащиться не надо.

Он посмотрел на Крокодила и сказал:

– Выйди к братве и скажи, что все меняется. Будем валить его прямо здесь. Но помни - вы занимаетесь людьми Знахаря, а его самого оставьте мне. Понял?

Крокодил молча кивнул и, открыв дверь, вылез из машины.

Солнце уже поднялось над горизонтом на высоту двойного чизбургера и оранжевым огнем отражалось в дымчатых стеклянных стенах «Макдоналдса».

В начале шестого утра в круглосуточных харчевнях обычно бывает пусто. «Макдоналдс», стоявший на дороге номер сорок четыре, в пятнадцати милях от Ричмонда, не был исключением из этого простого правила. Поэтому, когда в пустой стеклянный павильон, потягиваясь и разминаясь, вошли тринадцать крепких молодых мужиков недоброго вида, а один их них был еще и с пиратской повязкой на глазу, девушка за кассой, она же - на раздаче, слегка напряглась. Увидев это, Знахарь улыбнулся и, подойдя к ней, сказал:

– Расслабьтесь, мисс, это - не ограбление. Мы просто хотим есть и платим наличными. Заказ будет крупным - посмотрите, какие мальчики.

Девушка посмотрела на мальчиков и криво улыбнулась.

Кроме нее, по случаю ночной смены в ресторане было всего лишь два человека - повар и уборщик. На заправке скучали еще двое, а больше в радиусе пяти миль не было никого, так что если бы Знахарь на самом деле решил организовать ограбление, его бы ждал полный триумф.

Первым к стойке подошел Злодей и, улыбнувшись девушке с высоты двух метров, скромно заказал четыре двойных королевских и три больших картошки. При этом он вертел в пальцах полтинник. Увидев в руке страшного громилы деньги, а на его лице непритворное чувство голода, девушка облегченно улыбнулась и стала нажимать кнопки на кассе. Повар за загородкой засуетился, загремел железной посудой, и по залу разнесся запах жареного фарша. Уборщик в это время спал на стуле, подперев голову шваброй, рукоятку которой он собственноручно укоротил до того самого размера, который позволял спать сидя.

Знахарь, засунув руки в карманы, озирался, рассматривая более чем спартанскую обстановку в зале, а остальные, поеживаясь от утренней прохлады, переговаривались вполголоса о пустяках.

С улицы послышался звук моторов, и Знахарь, лениво обернувшись к прозрачной дымчатой стене, выходившей на стоянку, увидел, что напротив входа в «Макдоналдс» остановились четыре машины - черный «Мерседес» с темными стеклами и три совершенно одинаковых новеньких «Форда». Двери машин одновременно открылись, и из них резво полезли молодые коротко стриженные пацаны в черных костюмах. Для того, чтобы понять, кто это, Знахарю понадобилось не более секунды. Ярлык «русская братва» был написан у каждого на лбу крупными жирными буквами, и у каждого же в руке был ствол. А когда из «Мерседеса» выбрались вооруженные Геринг с Крокодилом, Костя, стоявший у стеклянной стены, быстро отошел вглубь и, обернувшись, громко командовал:

– Завтрак отменяется. Оружие к бою!

Такая команда была непривычна для людей Знахаря, но ее лаконичность и исчерпывающая ясность мгновенно настроила всех на нужный лад, и в руках всех присутствовавших, кроме, разумеется, персонала харчевни, появилось оружие.

Знахарь, пнув по пути спящего уборщика, подскочил к стойке и, указывая в сторону туалета, очень убедительно сказал девушке:

– Если хотите жить - бегом в туалет и на пол, все трое. Быстро!

Жить они, по-видимому, хотели, потому что выполнили распоряжение с такой быстротой, что Знахарь даже удивился. Вот что значит практика, подумал он и выхватил из подмышечной кобуры «беретту». Его люди в это время быстро рассредоточились по залу и кухне - кто укрылся за опрокинутым столиком, сделанным из отштампованного стального листа, кто спрятался за кухонную плиту, а двое, выскочив через черный ход, осторожно пошли вокруг ресторана, заходя нападавшим в тыл.

Передернув затвор, Знахарь укрылся за квадратной колонной и, оперевшись на нее плечом, понял, что она никак не может послужить достаточно надежной защитой от пуль, потому что сделана, как и все постройки в Америке, из гипсокартона. За такими колоннами только в прятки играть, подумал он и, выставив пистолет перед собой, перебежал в кухню, где из-за плиты выглядывал сидевший на корточках Костя.

В этот момент выстроившиеся перед фасадом бойцы Геринга дружно открыли огонь. Стеклянная стена высотой в три метра и шириной во весь зал мгновенно стала матовой, затем превратилась в слой мелкой стеклянной крошки, висящий в воздухе, и в следующую секунду обрушилась на пол длинной грудой фальшивых алмазов.