– Раньше ты бы мог не согласиться. Я боялась, что пришлось бы...

– Угрожать мне?
– Ейщаров запрокинул голову, насмешливо блеснув глазами.
– У, это было бы чертовски зрелищно!

– Ты дурак!
– сердито сказала Полина, уселась на подлокотник и, наклонившись, обхватила Ейщарова за шею и поцеловала в щеку, потом прижалась к ней носом.
– Мне никогда не пришло бы в голову угрожать тебе! У меня кроме вас с Эшкой никого нет, и я хочу, чтобы так оно и осталось. В смысле, чтобы количество дорогих мне людей не уменьшилось.

– Оно не уменьшится, если ты ограничишься поцелуйчиками и отпустишь мою шею, - заверил Олег Георгиевич. Полина засмеялась и встала.

– Так ты обещаешь?

– Я обещаю.

– Ты говоришь правду, - Полина кивнула и ловко увернулась от брошенной в нее сигаретной пачки.
– Ладно, думаю, теперь мне лучше уйти, ты весь сосредоточен на мыслях о предстоящей комиссии.

– Иногда с тобой бывает просто невероятно некомфортно, - с легким неудовольствием сказал Олег Георгиевич.

– Опять будете баловаться? Моя помощь нужна?

– Да нет. У нас и раньше бывали комиссии, - Ейщаров весело подмигнул.
– Послушай... Почему ты не хочешь ее попросить?..

– Она еще слишком слабенькая, - улыбка сбежала с лица Полины.
– Это ей пока не по плечу. К тому же... а вдруг я, все-таки, ошибаюсь?

– Если ты ее не попросишь, то никогда не узнаешь.

– Я боюсь того, что я могу узнать.
– Полина пожала плечами.
– Нелепо, да? Ведь это именно одна из тех причин, по которым я забрала ее тогда.

Олег Георгиевич помолчал, потом очень серьезно спросил:

– Так ты останешься в Шае?

– Рано или поздно останусь. Рано или поздно мы все останемся здесь.

– Ну надо же - как настоящий!
– восхитился гаишник, пряча шталевские извинения за нарушение, и кивнул на паука, пристроенного на зеркале обзора.
– Симпатичная игрушка.

– Да, это игрушка, - подтвердила Эша, с ужасом заметив, что Бонни шевельнула передними лапами.
– Она игрушечная. Невероятно игрушечная игрушка.

– Только чего вы ее на само зеркало прицепили?

– Случайно! Я сейчас уберу. Просто она упала и... В общем, я больше не буду!

– Ладно, проезжайте, - гаишник милостиво махнул рукой, и Эша поспешно тронула машину с места, свернула на соседнюю улицу и, притормозив у обочины, схватила паучиху, возмущенно замахавшую всеми конечностями.

– Негодное животное, как ты опять вылезло?! Хочешь меня до инфаркта довести!

Она повернулась и потянулась было к террариуму, но тут негодное животное ловко вывернулось из ее пальцев и юркнуло куда-то за сиденье. Несмотря на отсутствие одной ноги, Бонни передвигалась весьма проворно.

– Черт!
– прошипела Эша и, извернувшись, полезла за сиденье, но там уже никого не было. В тот же момент что-то стремительно пробежало по ее спине. Шталь поспешно закинула руку назад, но и на спине уже никого не было, зато сама спина немедленно начала чесаться. Эша выпрямилась и встретилась с Бонни нос к носу - паучиха, невероятно встопорщившись, пристроилась на опущенном оконном стекле, опасно раскачиваясь взад-вперед, и суетливо перебирала лапами, пытаясь удержать равновесие.

– Не шевелись!
– прошептала Эша, протягивая руку.
– Не ше-ве-лись!

Возможно, Бонни и последовала бы приказу, но в этот момент налетел порыв ветра, и росшая возле обочины черемуха взмахнула ветвями, одна из ветвей зацепила Бонни, и паучиха кувыркнулась на асфальт прямо под ноги какой-то шедшей мимо девицы, которая немедленно испустила истошный вопль ужаса. Эша распахнула дверцу, выскочила и подхватила Бонни с асфальта. К счастью та была цела и невредима и падение лишь слегка оглушило ее. Шталь поспешно сунула паучиху в террариум, захлопнула дверцу, после чего подскочила к девице, все еще оглашавшей окрестности инфернальными воплями, и влепила ей пощечину. Девица, икнув, замолчала, и начавшая было собираться вокруг толпочка разочарованно разбрелась в разные стороны.

– Что вы так орете, это всего лишь игрушка, ее ветром сдуло!
– злобно сказала Шталь, искренне надеясь, что девица поверит. Но девица не оказалась столь легковерна и немедленно попыталась вцепиться ей в волосы, жаждая отомстить и за испуг, и за ударенное лицо. Несколько минут они увлеченно орали друг на друга, размахивая руками и снова собрав вокруг небольшую толпу, которая жадно внимала. Потом из толпы вывернулся некий молодой человек, сонный и злой, и попытался утянуть девицу за собой.