Ейщаров забирает Говорящих в Шаю? Или в пригороде построил для них заповедник из несговорчивых материалов? Сева точно в Шае, Глеб, похоже, тоже, а где остальные? Такие как Фиалко, Лиманская, веселый дедушка с внучками, Колтаков? Они ведь опасны. Даже рассеянный Гриша - повелитель кухонной техники - может оказаться чертовски опасным в своей рассеянности. А все те Говорящие, которых нашли без шталевской помощи - бог его знает, сколько среди них опасных? Куда он их девает?

Что они могут устроить, если соберутся все вместе?

И откуда, все-таки, они взялись? Первое поколение появилось несколько лет назад - должна же была быть какая-то причина. Экстрасенша говорила, что они чужие в этом мире - слишком чужие... А еще она говорила про поезд...

Это мое! отдай!

А еще она говорила, что тебе, Шталь, на самом деле четыре года, так что прекрати размышлять над всякой чепухой! Нужно сбегать в какую-нибудь кафешку или, хоть, хлеба купить - в желудке уже очень явственно урчит.

Бонни забралась ей на руку, заставив вздрогнуть, и деловито поползла вверх, к плечу. Эша сгребла ее, сунула в террариум, убедилась, что он закрыт и, вернувшись к кровати, вытряхнула из сумки свой телефон. Тот немедленно мурлыкнул и открыл зеленый глаз дисплея.

– Эй, эй!
– негодующе сказала Эша.
– Я никуда звонить не хочу! А ему - так тем более!

Она схватила телефон и, увидев имя вызываемого абонента, сморщилась. Этот абонент был немногим лучше Ейщарова, в гневе же - многим хуже.

– Тебе чего, ребенок?
– спросила трубка голосом Полины - спросила, впрочем, приветливо, и Шталь успокоилась.

– Ну... в общем...

– Что значит, сам позвонил?
– удивилась Полина.
– Замыкание что ли?

– Прекрати, - жалобно сказала Эша, - я просто...

– Апатия?
– Полина фыркнула.
– У тебя разве такое бывает? Шталь, чем ты там вообще занимаешься?

– Я...
– Эша покосилась на террариум.
– Да, собственно...

– Какой еще паук? С каких пор ты полюбила пауков, Шталь?

– Вот что я хотела у тебя спросить...
– решительно начала Эша.

– Нет, когда я в последний раз была в городе, то не видела ничего странного. Кстати, я через два дня приеду в Шаю, на недельку-другую. Может, твой начальник даст тебе отпуск? Я могу с ним поговорить, - предложила Полина.

– О, я не сомневаюсь! Только боюсь, после того, как ты с ним поговоришь, он перестанет быть моим начальником.

– Ребенок, с чего ты взял, что я собираюсь соблазнять твоего начальника?

– Поля!
– взвыла Шталь.
– Перестань слышать то, чего я не говорю, хотя хотела бы сказать, но на самом деле вовсе не собираюсь этого делать, потому что это глубоко личное, и если оно и прорывается, то это вовсе не значит, что я хочу, чтоб ты это услышала!

– Шталь, ты говоришь ерунду!
– заявила Полина.
– Ты говоришь ерунду, даже когда не собираешься ее говорить, говоря вместо этого другую ерунду, поэтому у тебя получается ерунда в квадрате.

– Я не поняла ни слова из того, что ты сказала!

– Это хорошо, что ты скоро приедешь, - сообщила Полина и отключилась. Шталь уронила телефон на кровать и вцепилась себе в волосы.

– Господи, вот весело будет ее мужу!
– пробормотала она. Телефон тотчас опять мурлыкнул, но Эша схватила его и успела нажать кнопку отбоя. Так-так, и кому же теперь она хотела позвонить? Номер был совершенно незнакомым, и, подумав, Эша повторила вызов.

– Служба досуга, - произнес в трубке приятный мужской голос.
– Какого партнера вы желали бы заказать?

Эша ткнула в кнопку отбоя, потом распотрошила телефон, вытащила аккумулятор и сунула его в ящик тумбочки, а сам телефон спрятала под подушку, после чего вскочила и ринулась к двери, но тотчас вернулась и схватила сумку. С грохотом выскочила в коридор, стараясь не задумываться ни над тем, чем был вызван этот звонок, ни над тем, откуда ее телефону вообще известен номер службы досуга.

В кабинете молча сидело несколько человек. Молчание большинства было задумчивым, и только Михаил молчал злобно-негодующе, вращал глазами и то и дело наливал себе водички из графина.