Шрифт:
Чуть слышно хлопнул браунинг Огано (несерьёзная хлопушка - 6,35-мм.), и у переводчика на лбу появился не предусмотренный природой третий глаз. Ещё два выстрела - и подогнулись ноги у водителя. Бросив ненужную более хлопушку на землю, Веллер перехватил двумя руками 'Намбу'.
Бах!
Восьмимиллиметровая пуля опрокинула навзничь солдата в кузове. Брякнула о доски винтовка.
Бах!
Бах!
Схватился за живот ближайший к подполковнику солдат. Выронив оружие, он просеменил на согнутых ногах несколько метров и ткнулся лицом в песок.
Бух!
Взвизгнула над головою винтовочная пуля. Привстав на одно колено, уцелевший часовой передернул затвор, загоняя в ствол очередной патрон.
Веллер резко метнулся вперед, перекатываясь через голову. Выйдя из кувырка, вскинул пистолет, не дожидаясь, пока встанет на ноги.
Бах!
Солдат дернулся и попытался отпрыгнуть в сторону. Ствол винтовки при этом уставился куда-то в кусты.
Бах!
Подполковник уже твердо стоял на ногах, и его оружие неумолимо отслеживало мечущегося по дороге солдата.
Сообразив, что пулю всё равно не обогнать, солдат остановился и попытался вскинуть винтовку.
Бах!
'Один патрон, однако, остался' - покачал головою Веллер. Подойдя к переводчику, вытащил у него из кобуры такой же пистолет и извлек из кармашка запасной магазин.
– 'Надо будет лейтенанта потрясти, у него в кобуре ещё один магазин есть'.
Перезарядив оружие, он снял с переводчика ремень и привесил на него обе кобуры с пистолетами. Запрыгнул в кузов.
Упираясь спиною в кабину, на полу полулежал Кожин. Судя по изорванной форме, ему изрядно досталось. Подполковник выдернул у него изо рта тряпку.
– Иваныч... ты как здесь...
– Мимо проходил, - ответил мнимый Веллер.
– Цел?
– Так себе...
Шведов покачал головою и вытащил из ножен лежащего солдата плоский штык. Осторожно разрезал Михаилу верёвки на руках.
– Руки целы?
– Шевелятся.
– Пулемёт удержишь? Вон он, я специально для тебя прихватил, - кивнул Иваныч на стоящий у борта 'Льюис'.
– Так его ж японцы принесли?
– удивился лейтенант.
– Ну! Сам я, что ли, такую тяжесть буду таскать? Посиди тут пока, покарауль...
– и собеседник лейтенанта спрыгнул на дорогу.
По очереди взвалив в кузов трупы майора и лейтенанта, Шведов закинул туда же их вещи - портфель Огано и полевую сумку его сопровождающего.
– А этих-то зачем?
– поинтересовался Михаил, изучавший трофейное оружие.
– Интересно... мне, например, они и на фиг не нужны. А ты-то как собираешься оправдывать своё отсутствие? Украли - сбёг, да и все дела? Полагаешь, в НКВД сплошные дураки собрались?
– Ну, так вы же...
– А вот те хрен, родной! Не было меня тут, понял?! Сам милок, своими руками всё это ты и отчебучил! Как - это уже другой вопрос. Пока до границы доедем, изобретешь.
– Нельзя нам туда!
– С чего это?
– Так у них же Маша!
– Не у них уже. Вернее, пока ещё у них, в смысле - у японцев. Хорошо, хоть не у хунхузов. Жива она и ничего ей не грозит. Доберемся до реки - заберём с собой.
– Так ведь она всё и расскажет...
– Всё - это что? Напали, повязали, утащили - про это? И ради бога!
– А...
– Вот про это она ничего и не знает. Спит. Ей японцы снотворное дали, чтобы не мешала она им криками и слезами. Так что, про твои похождения геройские Маша совершенно не в курсе. Ты уж, Миша, постарайся это как-то исправить...
Кожин ошарашенно замолчал. Пользуясь заминкой в разговоре, Шведов втащил в кабину труп переводчика и усадил его, привалив к дверце. Издали создавалось впечатление спящего человека.
– Иваныч...
– Да уж сколько лет так зовусь... Чего тебе?
– Как так вышло, что ты сюда пришёл?
– Я тебе про подарок, в виде головы, рассказывал?
– Да...
– Вот в тот дом я её и приносил. Знаю, как туда по-тихому пролезть. Ясен пень, устраивать там войнушку я не собирался, из ума-то не выжил ещё. Но вот, слышать и видеть мог многое. Так и узнал когда, а главное, куда тебя повезут. Дальше объяснять?
– А пулемёт?
– Японцы не любят, чтобы у хунхузов имелось такое оружие. И, если заметят - обязательно отберут. Моё дело было его подкинуть им незаметно, чтобы не догадался никто. Так и вышло. Стрелять-то он будет?
– Руки бы его прежнему хозяину оторвать!
– Неужто сломан? Что ж я - зря корячился?
– Нет, не сломан. Только вот чистили его... и не знаю даже когда. Снаружи как у кота причиндалы блестит! А вот внутри - картошку сажать можно.
– Ну... тогда ладно. Поехали, а то уже темнеть скоро будет.