Шрифт:
Кожин перевёл дух. Капитан взял графин и налил ему ещё воды.
– Спасибо, товарищ капитан!
– лейтенант жадно опустошил стакан.
– А майор ихний спиной стоял, что-то там кому-то говорил. Я ему подножку и дал! Он не ожидал, руками взмахнул и на борт упал. А у меня в руке уже нож был! Вот лейтенанту его в шею-то и загнал! Солдат вскочил, закричал, а переводчик к майору бросился, должно помочь ему хотел. Так вышло, что удалось мне у лейтенанта пистолет из кобуры вытащить.
– Так незнакомое же оружие?
– Да все они на один лад! Выстрелил в солдата, он и упал. А переводчик испугался, и через борт выскочил! Забыл со страху, что и у него пистолет есть! Подкатился я к майору и у него тоже пистолет выдернул, только он совсем маленький был. И уже из него по водителю стал стрелять - он в кабине сидел. Тот на сиденье согнулся и помер. Лежу и жду. Снаружи тихо было, потом - как закричат!
– Кто?
– Так японцы - кому ж ещё? 'Банзай!' орут! И полезли через борт. Первая голова появилась - это как раз переводчик был, так пулю-то и схлопотал. Второй с другой стороны высунулся - и тоже не уберёгся. Третий лезет - вдругорядь в него стреляю! Он тоже куда-то исчез. Тогда другой солдат стал из винтовки палить. Вижу - плохо дело, сейчас он весь кузов издырявит! Вскочил на ноги - и в ответ ему! А он - по мне! Но я раньше попал...
– Да... прямо геройский поступок, товарищ лейтенант!
– Да мне, товарищ капитан, не до героизма было - зазря помирать не хотелось! Смотрю - нет больше японцев! Кончились все. Тут и Маша зашевелилась, стонать стала. Я её успокоил, как мог. Говорю - тихо лежи, сейчас домой прорываться будем! Майора посмотрел - готовый он, не иначе башкой о борт приложился. Вниз спустился, рядом ещё машина была. Пустая, не было в ней никого. Переводчика в кабину грузовика затащил, посадил. Издали глянуть - вроде как живой японец сидит. Сам с солдата куртку да шапку снял, на себя набросил - тоже на японца походить стал. Машину развернул, да по следам и поехал тихонько. Мимо хунхузов проезжали - опасался, вдруг они выскочат? Пронесло... А у границы нарвались на разъезд. Тут уже пришлось прорываться, ни на что не глядя.
– А кто стрелять первым начал?
– Японцы. Я с управлением не справился и солдата патрульного зацепил машиной. Объехать хотел, но не получилось - солдат дорогу загораживал. Да и заметил он что-то - к винтовке полез. Вот и пришлось его давить... Остальные вскинулись - и за нами. Пальнули по машине пару раз. Маша в кузове кричит - догоняют! Стреляй, кричу, а то нам тут хана! Она и начала...
– Геройская девушка, ваша Маша! Из чего стреляла-то?
– Сначала из винтовки, по-моему... Потом, точно помню - пулемет был. Но недолго, наверное, патроны кончились. Дальше всё как-то смутно...
– Попали в вас где?
– Так уже на нашем берегу, должно быть. Как раз грузовик на откос и въехал. А тут - хрясь! Машину повело куда-то в сторону, одной рукой не шибко порулишь... вот камня-то и не заметил... Сильно я её побил?
– Не слишком, починить можно будет. У вас всё?
– Да, вроде бы...
– Ну, тогда не буду больше вас беспокоить. Чуток ещё здесь, на заставе, полежите, как доктор разрешит - в госпиталь перевезём, подлечим. Поправляйтесь, товарищ Кожин! Удачи вам!
Станция Борзя.
УНКВД Восточно-Сибирского края.
– Разрешите войти, товарищ майор?
– в открывшейся двери появился капитан Миронюк.
– Входи, Павел Николаевич, входи. Что-то задержался ты...
– Вы ж меня знаете, товарищ майор, я волк стреляный, пока до дна не дороюсь - не отстану.
– Стало быть, ты лишнюю неделю там оттого и проторчал?
– Именно поэтому.
– Значит, что-то интересное нарыл?
– А вот это, товарищ майор, под каким углом посмотреть...
– Ну так валяй, рассказывай. Вместе и посмотрим.
– Случай с лейтенантом этим, хоть и не частый, однако же, ничего невероятного я в нём не нашёл. И покруче, бывало, истории заворачивались - куда там книжкам приключенческим!
– Так ты думаешь, чисто всё там? Просто повезло парню этому?
– Ага. Причём - дважды. То, что от японцев убёг - это первое везение. А то, что не один, а с девушкой - второе. У них там, ежели я ещё не совсем окривел, дело к свадьбе теперь идёт - и здоровенными шагами!
– Тогда ему только радоваться остается. Но ведь ты ещё что-то нарыл?
– Нарыл.
– Выкладывай!
– Первое, о чём мы все тогда подумали - провокация! Второе - игра противника.
Ну, в то, что они по подобному поводу ухайдакают заместителя самого Сато, честно скажу, как-то смутно верилось.
– Помню твои сомнения. Тогда Неперин ещё и сказал, мол, не Огано это, другого кого-то подсунули!
– И я так думал. Однако ж, тело осмотрев, понял - неправ Неперин! Огано это, собственной персоной! И никакая не подмена. Я документы все проверил, да и фото его у нас было.