Шрифт:
"12 ноября. Занесло нашъ домикъ подъ самую стреху снгомъ; стала перебирать бумаги, попался дневникъ; прощай, добрый старичокъ Идеализмъ Романовичъ; куда все это двалось? И какъ скоро прошло время? Nouvelle maxime: время у совершеннолтнихъ проходитъ быстрй.
"15 декабря. Сегодня привезли З. съ товарищами. Бдные молодые люди! Чего они хотли? Кого они хотли разбудить? Будить ничего нельзя.
О юность, юность, гд же ты, Гд эта пылкая отвага, И гд высокія мечты!"28 декабря. Чего бы я желала? Я желала бы, чтобы выросли вокругъ нашего хутора горы, загородили бы его совершенно даже отъ снга, даже отъ втра….
"3 февраля. Ктожъ имъ сказалъ, что я чего-нибудь жду? ждать? Какая глупость! Что можетъ одлять горсть людей? Что сдлала та горсть? Такъ и приходитъ на память хорошенькая и глупенькая Лиза, какъ она вбжала ко мн въ ложу съ бонбоньеркой въ рукахъ, послушала Тамберлика, полорнировала кого-то, и вдругъ воскликнула:
"– Ахъ душка! Какъ я рада, что сдлалась нигилисткой!
"Oh trop heurese enfant!
"9 февраля. Зазжалъ***; какъ онъ доволенъ своимъ произведеніемъ. Что ты такое писатель? — ты муха, которая у Крылова помогала тащить на гору рыдванъ. Лети же дальше, рзвый мотылекъ, здсь нтъ небесной амврозіи; если ты долго у насъ пробудешь, теб придется вынуть изъ кармана раздушенный платокъ и зажать онымъ свой греческій носъ.
"15 февраля. Стремиться, когда нтъ подъ ногами почвы — безумно. Ваниль растетъ на воздух, во она запускаетъ корни въ стебли другихъ растеній; разумное существо не иметъ права быть чужеяднымъ.
"10 марта. Обратиться къ нему? Здсь? на этомъ свт, гд люди ржутся, грабятъ, лгутъ? это все къ лучшему, не правда ли? Или его нтъ, или онъ слпой, глухой, беззубый старикашка.
"15 іюня. Странный человкъ этотъ Русановъ; съ перваго дня мн показалось, будто онъ второй я; та же спокойная иронія, та же апатія въ движеніяхъ, та же непринужденная свобода, и вдругъ такія дикія понятія… Какъ объ немъ думать?
"17 іюня. И вдругъ такія честныя, славныя понятія… Чтожъ это такое?
"19 іюня. А, онъ хочетъ слузить и насимъ и васимъ!… Я перестаю подавать ему руку.
"29 іюня. Опять не то. Ршительно этотъ человкъ загадка.
"10 іюля. Понятно, служитъ вашимъ для пользы нашихъ.
"24 іюля. Это непостижимо, не дается въ руки, какъ кладъ; я даже готова считать его ребенкомъ, болтающимъ все что ни услышитъ. Что меня удерживаетъ? Надо будетъ поискать цвтка репейника. Какъ жалъ, что Иванъ Купала прошелъ…
"29 іюля. Хоть бы Русановъ пріхалъ! Я бы желала знать его взглядъ на это дло. Только какъ ему поискуснй изложить? Надо будетъ прибгнуть къ аллегоріи. Довриться ему боюсь. Знаю я, какъ люди умютъ прикидываться; есть просто хамелеоны.
"15 августа. Что я сдлала! Впрочемъ, что же я сдлала? Разв порядочный человкъ могъ оскорбиться капризомъ? Да и наконецъ… Да и наконецъ вотъ что, Инна Николаевна; вотъ полтора мсяца, какъ здсь графъ и братъ, а въ дневник только и видится Русановъ, да Русановъ. Ужь не ощущаете ли вы зародыши нжной страсти? Въ такомъ случа проворнй въ ходъ специфическое средство: мткую эпиграмму, да такую, чтобы вамъ посл и взглянутъ на него было смшно!
"31 августа. Они вс трое стоятъ другъ друга; и братъ, и графъ, я… Да, поди-ка напиши на него эпиграмму….
"1 сентября. Что со мной длается? Что на странное состояніе ума? Отецъ говаривалъ, что чувствуя въ голов сумятицу, надо сейчасъ же поврить ее бумаг; черезъ день, черезъ часъ иногда, мы уже можемъ хладнокровно обсудить ваши мысли.
"Неужели мн жалъ разстаться съ вашимъ затхлымъ житьемъ? Неужели мн жаль людей, съ которыми у меня ничего нтъ общаго? Неужели такъ велика сила привычки, что передъ ней меркнетъ великое дло, которому я должна служить? Неужели пошленькое себялюбіе перетянетъ общанный сознательно и обдуманно?
"Только ли этого мн жалъ?
"12 часовъ ночи. Безсмыслица! оставляю мои бумаги, кому угодно; теперь уже он во всякихъ рукахъ безопасны. Летучія мыши вылетаютъ на свтъ! Viens, Satan, viens mon bien-aim'e! Такъ говоритъ мой любимый писатель; иначе говорить — нечестно!
Нтъ, она не ребенокъ, думалъ Русановъ, расхаживая изъ угла въ уголъ; дти такъ не пишутъ…. Ясно, что чувство въ ней готово было проснуться, если не проснулось… За что же, за что такъ безжалостно погубить возможное счастье?…