– Энни…

– Помолчи. Да, а у меня тогда еще было мало опыта по мужской части, и сама я не могла разобраться… Я думала: что ж, второго Кита уже не будет, а Клифф – он вот, рядом, у него хорошая и престижная работа, его не призовут в армию, и к тому же я ему всегда нравилась; а другие ребята кто в армии, кто уже женат. Как же я тогда совсем по-провинциальному мыслила, какой была глупой и наивной! Ты себе можешь представить нечто подобное?

– Разумеется. Мы оба были такими, Энни.

– Да, это верно. Так вот… он мне сделал предложение выйти за него замуж… ты не поверишь, он даже опустился при этом на одно колено… и мне все это очень польстило: я тогда была о себе самого последнего мнения, такая глупая.

– Энни, ну а все-таки почему ты вышла за него замуж? – спросил ее Кит. – Только честно. Ты ведь должна это знать; и должна сказать мне.

Она посмотрела на него, встала и только тогда ответила:

– Чтобы отплатить тебе.

Он тоже поднялся; они стояли и молча смотрели друг на друга.

– Ты негодяй, – сказала она. – Ты хоть понимаешь, что ты со мной сделал? Понимаешь? Я ненавижу тебя. Ненавижу за то, во что ты меня превратил, за то, что я из-за тебя наделала!

– Я понимаю. Сейчас легче стало, когда высказалась?

Энни кивнула.

Он взял ее за руку, они уселись рядом у самого края воды и стали вместе смотреть на бегущий мимо журчащий поток.

– Спасибо, – проговорила она. – Мне действительно стало легче.

– И мне тоже.

– Теперь я тебя уже больше не ненавижу, – добавила она.

– Ну, разве что самую малость.

– Нет, совсем. Теперь я злюсь сама на себя.

– И я тоже. Но мне кажется, мы сможем простить сами себя, если на этот раз сделаем все как надо.

– А ты и в самом деле больше уже на меня не сердишься? – спросила его Энни. – Я имею в виду, за то, как я стала относиться к тебе, когда ты ушел в армию, и за то, что я вышла замуж за Клиффа?

– Раньше я злился. Ты это и сама знаешь. Но потом до меня стало понемногу кое-что доходить. Мы никогда не писали об этом прямо, но сам факт, что мы переписывались, поддерживали какие-то отношения, был признанием того, что мы оба совершили ошибку, что каждый из нас сожалеет о случившемся и что мы как бы извиняемся, прощаем и по-прежнему любим друг друга… хотя ни один из нас не написал прямо «я сожалею, прости меня, я тебя люблю». Я рад, – добавил он, – что ты решилась заговорить об этом. Значит, ты чувствуешь, что со мной можно говорить.

– Да. И ты первый мужчина, которого я назвала негодяем, с тех самых пор… ну, когда ты как-то обедал там, в университете, с этой маленькой сучкой, не помню, как ее звали.

– Карен Райдер.

– Вот негодник! – Энни рассмеялась.

Они долго сидели, молча глядя на журчащую воду и думая каждый о своем, потом наконец Энни проговорила:

– Как здесь тихо и спокойно! Когда мои ребята были еще маленькие, я часто привозила их сюда ловить рыбу. А зимой учила их тут, на озере, кататься на коньках. Мне кажется, они тебе понравятся. Они оба в меня.

– Это хорошо.

– Но теперь ведь они уже не дети, верно? Совсем уже взрослые.

– Ну, тогда они нас обскакали. Мы с тобой взрослеть никак не хотим.

– Мы просто стали старше. А мне бы хотелось превратиться снова в ребенка.

– В чем же дело? Выбери себе возраст по душе и такой и оставайся. Это теперь мой новый принцип.

Энни рассмеялась.

– Ладно, тогда пусть мне будет двадцать один.

– А знаешь, дорогая, фигура у тебя как раз для этого возраста.

– Заметил все-таки! У меня даже размер остался тот же самый, какой был в колледже. Я очень горжусь тем, как я выгляжу. Пустой я человек, да?

– Это хорошо. Я сам такой. Кстати, ты тогда очень хорошо смотрелась в джинсах. А куда это ты сегодня так вырядилась?

– Н-ну… он требует, чтобы, отправляясь в город, я была прилично одета. Я даже в бассейн не могу сходить: как же, ведь меня увидят в купальнике… А как-то раз он заехал в школу – мы там занимались аэробикой – и увидел, что мужчины и женщины занимаются вместе, углядел, во что я там одета, и был так потрясен, что просто потерял над собой всякий контроль. Так что теперь я занимаюсь аэробикой дома… Извини, тебе это все неинтересно.

– А тебе дозволяется заниматься сексом с всадником, которого ты случайно встретила в лесу?

– Знаешь, это один из самых частых моих снов.

– Вот и хорошо. – Он поднялся и огляделся по сторонам. – Тут, правда, не очень удобно.

– Ну, Кит, придумай что-нибудь! Вон… пойдем-ка обратно на то бревно. – Энни взяла его за руку и подвела к упавшему дереву, на котором они сидели раньше. Тут она сняла с него рубашку и положила ее на ствол. – Садись. Нет, вначале сними штаны.

Он сбросил ботинки и стянул с себя джинсы, а Энни тем временем расстегнула блузку и под ней бюстгальтер. Потом сняла с себя трусики.