– Ничего, кое-что я тебе авансом расскажу… Пошли пока что ко мне. Вот сюда.

Я по инерции продолжал вяло отбрыкиваться:

– Если меня убьют - плакал твой аванс.

– Такова жизнь,- он распахнул дверь, жестом пригласил меня входить - такое же купе, как у Эрика, только одноместное.- Ты не стесняйся, присаживайся. Кофе хочешь?

– Среди ночи…- вздохнул я.- Хочу, конечно.

Миллер завозился в стенном шкафчике. Ну, Меченосец, теперь ушки на макушке держи: уж очень ненавязчиво и по-доброму этот тип подъезжает. На обаянии работает, душка да и только. Такие любого разговорить могут…

Миллер сообщил через плечо:

– А я бы на твоем месте меня к Прокаженным тоже взял. Не мое дело, конечно, советовать…

– Да видишь, собирались через пень-колоду: ни подготовки, ни фига, сели, полетели…- только этого проныры у Прокаженных не хватало…

А он, похоже, угадал ход моих мыслей:

– Как знать… Может, мы - группа "Топаз" - захотим союза с Прокаженными. Или с такой организацией, как Лига Мастеров,- он поставил на стол две чашечки и замер, светло глядя мне в глаза. Когда молчать дальше стало уже неловко, я осторожно заметил:

– Неплохо… А откуда ты про Лигу знаешь?

– Ну…- он закурил, сощурился от дыма, отхлебнул кофе.- Не надо нас недооценивать, Мик.

– Кого это - нас?- наивно осведомился я. Опять пора веником притворяться: похоже, предстоит сеанс вербовки в Службу Безопасности.

– Меня, например,- скупо улыбнулся он.- Ты ведь в агентурные игры первый раз играешь, верно? Правда, господа из некой службы распространяют другую версию, но мы-то с тобой знаем, что это не так.

– Откуда же?

– Я человек опытный…- он снял очки и без улыбки уставился на меня.- У тебя просто на лице все написано: ты принял меня за хитрого и нехорошего дядю-эсбешника, который тебя хочет не то поймать, не то завербовать.

– А что на самом деле?

– А на самом деле…- он уставился куда-то сквозь меня.- На самом деле очень может быть, что тебя уже давно завербовали, только ты об этом даже не подозреваешь.

Я отхлебнул разом чуть не полчашки, основательно при этом обжегшись:

– Это ты о чем?

Миллер словно очнулся:

– А? Не обращай внимания, просто мысли вслух. Ну так вот, работники вышеупомянутой службы - сборище параноиков, и ни на что серьезное, в общем, не годны. Их идеал - проверять пропуска и подозревать всех вокруг… Ладно, вернемся к нашим баранам. Я человек прагматичный, и как-то меня не впечатляет перспектива в одно прекрасное утро проснуться без головы. А о странных случаях с полевыми группами вроде нашей и говорить не стоит. Плюс, кто-то начал на институтскую агентуру охотиться, причем именно в Диких землях. И вот появляешься ты - официально уголовник… Все как в хорошей пьесе.

– И что? Где связь?

– А вот и подумай. Я о твоем задании догадываюсь - по крайней мере, об одной части. Ты должен расследовать, как к кочевникам винтовки попадают, так?

– Так…

– А кое-кому в службе безопасности это очень не нравится. А еще их тревожит, что в последнее время слишком много на тебе завязано. И как я понял, они считают, что за этим стоит некая группировка из самого Института.

– А что за группировка?

– Сам хотел бы знать. Ты как-нибудь на досуге сопоставь факты, может, что и надумаешь. Ты ведь в Западную степь идешь?- неожиданно без всякого перехода осведомился он.

– Вроде, так… А что?

– Ботинки у тебя хорошие. Могут стоить головы.

– За армейские ботинки и в Столице голову проломить могут. Зато и отношение соответственное: раз ты их добыть сумел, значит надо подумать, прежде чем попытаться отобрать.

– Тоже где-то верно. Ладно, ты пока посиди и послушай. Я в степях бывал, и кое-что узнать тебе полезно. Вообще-то это для монографии, но так уж и быть…

И Миллер пустился рассказывать о нравах и обычаях кочевников, подкрепляя информацию анекдотами из собственной практики. Я узнал, что среди кочевых вождей считается определенным шиком держать на службе не только северян, но и эльфов. Что некоторые племена считают себя дальними потомками все тех\же эльфов, хотя те и отрицают родство. Что в кочевом становище больше неписанных правил и законов, чем при испанском дворе или, скажем, в колонии для малолеток, что южане обожествляют меч и сталь вообще… Тут один краткий перечень того, что я узнал слишком много времени займет. Скажу одно: просидели мы чуть ли не до утра, я больше помалкивал и на ус мотал - перебивать и задавать вопросы никакой нужды не было, Миллер рассказывал интересно и обстоятельно. Свести б его с Учителем - Грентвиг, старый ящер, питает слабость к хорошим рассказчикам…

Наконец, по моим подсчетам, часа через три, ввалился без стука Эрик - явно спросонья:

– Ну вот, так всегда: стоит отвернуться, и всякие тут начинают у тебя агентуру переманивать.

– Ты что - ревнив?- парировал Миллер.

– Ты, Дездемона, шею на ночь мыла?- усмехнулся я.- Слушай, мавр, дело на тысячу долларов.

– Деньги вперед.

– Ты ж еще не знаешь ничего.

– Боишься, продешевлю?

– Я полагаю, торг здесь неуместен… Пошли, перечирикаем,- как-то все равно не слишком я Миллеру доверяю. Излагает, конечно, красиво, но с тем его и возьмешь…