А вот теперь самое время подумать, когда мы туда пойдем. И, кстати, что у нас на дворе - сегодня или уже завтра?

На дворе оказалось мало того, что завтра, но уже далеко за полдень. Вот чертовщина, опять чувствую себя последним дерьмом - и тем не менее, пора смываться. Что ж, в таком случае, смыться надо по возможности тактично, а вот как это сделать?..

А Ильмира словно опять угадала мои мысли:

– Ты ведь собираешься уходить, Мик, но не знаешь, как сказать мне об этом?

Интересно, сколько раз я себе говорил, что она опасная женщина?.. Я поднялся, подошел к ней, обнял за плечи:

– Да. Я должен идти. Если жив буду - я еще вернусь сюда… Просто понимаешь, чем дольше я здесь пробуду, тем меньше у меня шансов выжить.

– Так не теряй времени… герой,- хриплый насмешливый голос Этелреда прозвучал так неожиданно, что я вздрогнул. Ох, как на нервы действует его манера - неожиданно возникать за спиной! И не терпится ему меня отсюда спровадить. Конечно, на мнение большинства окружающих мне глубоко плевать, но тут ведь можно считать, тесть… К тому же, когда вас терпеть не может Чародей - это очень хорошо чувствуется, прямо физически. И ощущение не из приятных, надо сказать… Ладно, в какой-то мере это даже на руку - тем меньше причин для задержки. И, надеюсь, мы с Ильмирой в состоянии обойтись без трогательных прощальных сцен.

Я по возможности лучезарно улыбнулся Этелреду:

– В самом деле, пора и честь знать… Попросишь своих, чтоб нас до места подбросили, а то ведь мы нездешние, горы эти совсем не знаем…- кажется, я настолько удачно сымитировал интонацию Перла, что старому циклопу с трудом удалось удержать улыбку. Он критически смерил меня взглядом и протянул:

– Ладно.

Я опять повернулся к Ильмире:

– Ну, долго рассусоливать не будем. Уцелею - вернусь, но на всякий пожарный прощай.

– До свидания,- она произнесла это с такой убежденностью, что мне пришлось закрыть глаза и пару раз глубоко вздохнуть. Нашел время для сантиментов…

Эрик тем временем закончил чистить перышки и подтягивать ремни на комбинезоне, вскинул на плечо свою полевую сумку:

– Ну, спасибо за все, простите, если что не так… Надеюсь, увидимся.

Я со звоном и лязгом напялил кольчугу, приладил перевязь и направился к выходу, где уже поджидали трое мутантов-рысаков. Что-то я никак не могу мысленную связь Этелреда с ними засечь… Надеюсь, он им ничего не приказал наподобие того, чтоб нас по дороге потерять?.. Э, нет, так не пойдет. Так я от собственной тени скоро шарахаться буду.

Я в последний раз поцеловал Ильмиру, повернулся и остановился перед Этелредом, испытующе глядя ему в лицо. Молчали мы не меньше минуты, потом он с видимой неохотой протянул мне руку для пожатия. Даже не ожидал от него такого… Наверно, это мои "подвиги" в Запределье заставляют его ко мне с уважением относиться… Эрик так же молча обменялся с ним рукопожатием, повесил на шею свою слонобойку, мы все так же в молчании забрались на плечи мутантов и те, не дожидаясь команды, резко взяли с места

Обратно в Пещеры мы добирались, естественно, втрое дольше, чем по воздуху. Эрик пытался по дороге завязать разговор, но из меня в данном случае собеседник был примерно как из самого тупого мутанта - бессонная ночка, посвященная обучению Камня по имени Идиот, выжала меня досуха. Загривок дюжего Прокаженного значительно уступает в плане удобства даже элементарной табуретке, но я как-то ухитрился задремать, и при этом мне, кажется, даже что-то снилось. К тому же, мутанты наотрез отказались доставить нас "к подъезду", и последние километров пять до подъема к Пещерам нам пришлось топать своими ногами. А в полусне пробираться по бесконечной каменной осыпи - занятие мало того, что неприятное, так еще и небезопасное.

Тропа тщательно охранялась - по дороге нас дважды окликнули. Тех, кто сидел в засадах, я чувствовал, но не видел. Потом мы протискивались в какой-то длинный и узкий лаз, заканчивающийся бронированной дверью с кодовым замком, чуть не полчаса забирались по винтовой лестнице…

И вот мы в Пещерах, причем на Эрика, не успел он войти, накинулся Ульвар с требованием отчета и куда-то его уволок, а на меня как стая стервятников налетели наши, то есть Дикс, Малыш и Форгет. Секретник, правда, ограничился тем, что молчал и подозрительно щурился, а остальные двое просто завалили меня вопросами. Дикс при этом всякий раз бросал дикие взгляды на мой Камень, но тут - отдадим ему должное - ни о чем не спрашивал. Понимает, что орденцу я этого ни за какие пряники не расскажу… Подробности моих похождений я, само собой, опустил - никому этого знать не стоит, да и сил нет рассказывать. Зато у ребят оказались важные новости: вылазка Серых на Волчьем после хорошей драки провалилась, и теперь Орден и имперские горные егеря оседлали перевал. Это, конечно, здорово, но мне пока не до стратегии.

Я наконец заткнулся, откинулся на спинку стула и закурил. Мы разместились в полутемном закутке рядом с какой-то лабораторией или пес его знает чем. Малыш, вальяжно раскинувшись на паре стульев, садил сигарету за сигаретой. Явно ожидает более пространного комментария. Но молча… А Дикс, который до этого момента раскачивался на стуле, уперевшись ногой в выступ стены и теребя завязку камзола, все же не вытерпел:

– Так что ты все ж у мутантов делал?

– Время тянул,- буркнул Форгет. Он стоял в самом темном углу, скрестив руки на груди с видом трактирного вышибалы.