– Теперь вон отсюда. И не приходи больше. Хотя, завтра можешь к Элен заглянуть. Но это уже на свой страх и риск.
– Максим отпустил многострадальный нос, и его обладатель немедленно исчез.

– Не знаю, захочешь ли ты к ней завтра появляться - усмехнулся юноша. Но Николаша - то каков. Вот тебе и бык! Ведь горилла- гориллой, а что- то соображает. Какие-то интриги плетет. А казалось- бы инфузория. Какому-то Молоху продался. Да, Элен, не так все безоблачно вокруг. Ладно, потом. Сейчас - не упустить солнца и подготовиться к ночи. Подросток передернул плечами от предчувствия боли и вышел на балкон. Свежее, не уставшее в начале лета солнце все еще одаривало всех желающих своим теплом и Макс привычно прильнул к ему своими глазами.

– А это еще что, Господи?
– ахнула " итальянка", выходя на балкон.
– Я тебе не помешала?
– тут же спохватилась она.
– Я просто пришла позвать тебя перекусить, смотрю, ты на балконе. Вот я и…

– Нет, ничего-ничего, успокоил свою подопечную Макс. А это… Ну, энергией заряжаюсь.

– И не опасно? Не ослепнешь?

– Вроде нет. Не первый раз. Но это для меня, - спохватился юноша, когда увидел, как женщина задрала голову вверх. Она сейчас же охнула, зажмурилась и начала тереть глаза.

– Не надо пробовать. Тем более, вот так сразу. Максим взял Итальянку под локоть и повел с балкона.

За ужином оба были немногословны. Макс почти не ел, потягивая апельсиновый сок и настраиваясь на борьбу. Елена, чувствуя его настроение, тоже ограничила себя в еде и разговорах.

– Вы на меня не смотрите. Вам надо есть. Организму надо бороться и восстанавливаться, - заметил ее воздержание подросток.

– Неудобно как- то одной…

– Удобно- удобно. Ешьте.

– Скажи мне правду. Ты ведь уже начал. Почувствовал. У тебя получится? Не поздно все это?
– наконец задала мучивший ее вопрос сотрапезница.

– Получится. Он уже уменьшился. Хотя, конечно… Поздновато.

– Ты хочешь сказать - напряглась больная.

– Да, эта гадость здорово в Вас засела. Придется повозиться, - вздохнул Максим.

– И все?

– Ну да. Еще дня четыре, а может, и все пять - вновь вздохнул юноша.

– И ты только по этому вздыхаешь? Нет, скажи честно, в чем дело то? Ты обещаешь вылечить или, ну, не знаю, исцелить меня от смертельной болезни за какую-то неделю и вздыхаешь? Что здесь не так? Ну, признавайся.

– Да ничего я не скрываю. Просто очень больно все это, - со всхлипом вырвалось у подростка.

– Ах, вот оно что, - просветлела пациентка.
– Бедный, бедный мой мальчичек - она одним движением оказалась возле целителя и охватила ладонями его лицо.
– То-то, я слышала, ты стонешь. Сильно болит?
– посочувствовала она, заглядывая в эти удивительные таинственные глаза.
– Ну, потерпи, мой соколик, мой Орланчик. Потерпи, спаси тетеньку, а она мальчика потом не обидит.

– Да ладно Вам, - улыбнулся, наконец, Максим.
– Как маленького…

– А ты себя считаешь большим? Маленький, наивный птенчик. Желторотик. Ну, не обижайся, я же любя. Я же шучу. А насчет благодарности…

– Мне не нужны Ваши деньги. Но если уже поверили, то можно и поговорить насерьёзе.

– Все, что в моих силах.

– В области живет такой Игнат. Вы должны его знать. Он тоже имеет какой-то бизнес в боксе.

– Наслышала. Что тебе? Его самого? Его голову?

– Мне надо, чтобы он меня принял у себя дома.

– Договорились. Эту мелочь получишь, как компенсацию за финал.

– Да, - спохватился Макс.
– А что с финалом? Он же сегодня… был.

– В связи с отказом от участия твоего соперника, ты объявлен победителем. И сейчас ты здесь на сборах республиканской команды. Такая версия тебя устраивает?

– А чего он отказался?

– Какую-то мышцу потянул в полуфинале. Или на тренировке.

– Но зачем… это… нечестно!

– Мой милый правдолюб! Ты бы все равно выиграл. Так?

– Ну, наверно.

– Наверняка. По регламенту в столицу приглашаются на смотрины только победители. Вот ты сейчас вроде как на сборах. А что еще прикажешь твоему отцу говорить? Что ты занялся целительством одной их меценаток?

– Господи, папа. Как же я…

– Ты просто взрослеешь. Не переживай. Все нормально. Занимайся главным… Хотя бы для меня главным. А я позанимаюсь всем второстепенным. Ну, что, пора?

– Да. Только я бы еще попросил…

– Ну, не стесняйся.

– Для более тесного, более быстрого… в общем, мне было бы лучше, если бы…

– Ну, ну, ну, не тяни.

– В общем, надо бы… без одежды. До пояса- поспешно добавил он.

– И надо было так долго мямлить? Ты сейчас врач. Твои пожелания - закон.