Маргарита была у него, она разбрызгивала жидкий клей по его левому бицепсу.

–  Заходи, Хамфрис,- позвал Фукс из кресла, за которым обычно сидел. Левый рукав у него был закатан до самого плеча.

–  Вы ранены?
– удивился я.

–  Багадур успел зацепить меня в первом выпаде,- ответил Фукс, как будто речь шла о чем-то в высшей степени пустяковом.- Жилет, к сожалению, не защищает рук.

Он указал здоровой рукой на металлическую кольчугу, висевшую на спинке соседнего стула. Я подошел поближе и потрогал ее пальцами: металлокерамика, легкая, но достаточно прочная, чтобы остановить клинок.

–  Значит, вы были готовы к бою?

–  А как же. Только дурак идет в бой неподготовленным,- ответил он.

Маргарита перестала накладывать ему жидкий бандаж на рану и отступила.

–  Тебя же могли убить!
– воскликнула она. Но Фукс покачал головой.

–  Иногда капитану приходится выпускать пар из экипажа. Пока не заварилась настоящая каша. Я заметил, что такой момент подходит, когда мы вынужденно изменили курс из-за подсолнечного цунами.

–  И вы знали, что это должно случиться?
– спросил я.

–  А ты сыграл в этом свою роль.

–  Но меня же могли зарезать! Он снова покачал головой.

–  Только после меня. Я, по их замыслу, должен был пойти под нож первым. Ты находился в безопасности, пока я оставался жив.

–  Это ваше личное мнение,- фыркнул я. Он снисходительно усмехнулся.

–  Это факт, само собой разумеющийся.

Прежде чем я успел ответить ему, Маргарита сменила тему беседы.

–  Вану необходимо новое переливание крови. Брови Фукса приподнялись:

–  Уже? А я тут кровь теряю понапрасну,- кивнул он на свою рану.

–  Об этом я и беспокоюсь,- вздохнула Маргарита.- Если Вану будет нужно переливание каждые несколько дней, больше раза в неделю…

–  Нам осталось всего несколько дней,- вмешался Фукс.

–  А что потом?

–  Потом мы или найдем место катастрофы, или…

–  Или что?

–  Или улетим отсюда.

–  Но все же…

Фукс дал знак рукой, призывая ее к молчанию.

–  Я вполне перенесу переливание еще литра-другого.

–  Нет, ты не сможешь… Тебе нельзя…

–  Не тебе решать, что мне можно и чего нельзя,- объявил Фукс голосом, не предвещавшим ничего доброго. С человеком, обладающим таким голосом, вступать в диспут не хотелось.

–  Если бы я только могла выйти на связь с Землей и получить медицинскую карточку Вана…- вздохнула Маргарита.

–  Нет.

–  Для твоего же блага,- сказала она почти умоляющим голосом.

Капитан сверкнул на нее глазами.

–  Я могла бы тогда синтезировать фермент, который нужен Вану. Тогда тебе не пришлось бы больше отдавать свою кровь.

–  Я сказал нет.

–  Но почему?

–  Никаких переговоров с Землей, пока мы не найдем тело Алекса Хамфриса,- объявил Фукс стальным голосом.- Я не дам ни одного шанса Мартину Хамфрису отречься от выплаты призовых денег.

–  Даже если это будет стоить Вану жизни?

Он бросил взгляд на меня, затем снова повернулся к Маргарите.

–  Литр-два крови в ближайшие дни. Я даю. Тут в разговор вступил я:

–  Мои медицинские карточки есть на «Третьене». Ты можешь получить у них формулу фермента.

Фукс решительно затряс головой, но затем переспросил:

–  На «Третьене»?

–  Он на орбите, летает вокруг планеты.

Капитан задумался, раскатывая засученный рукав и защелкивая радиобраслет на запястье.

–  Ладно,- наконец согласился он.- Связаться с компьютером «Третьена». Но не больше того! Больше ни с кем не разговаривать. Ни слова, поняли?

–  Да, я поняла,- ответила Маргарита.- Спасибо. Затем она перевела взгляд на меня. В нем читалось ожидание. Через секунду я сообразил, чего она хочет.

–  Спасибо, капитан,- промямлил я. Он отмахнулся.

–  Кровь нужна?

–  Пока я не синтезировала фермент, да,- ответила Маргарита.

–  Если это получится,- подчеркнул Фукс.
– На «Люцифере» нет биохимической лаборатории.

–  Я сделаю все, что могу.

–  Хорошо.- Фукс встал.- Теперь спустимся в лазарет и сделаем это переливание, будь оно неладно.

Маргарита уложила меня на стол, а Фукс сел на стул, который ей удалось втиснуть в узкое пространство госпитального отсека. Внешне он выглядел совершенно расслабленным, перекатывая во рту горсть своих пилюль. Я не собирался дожидаться, пока игла войдет в мою руку или в руку Фукса, и не интересовался, в какой очередности это произойдет. Я закрыл глаза.