–  Высвети это на главном экране.

Я подчинился, и Фукс слегка подался вперед из кресла, внимательно всматриваясь в график.

–  Не думаю, что они успеют пройти сквозь эти облака,- задумчиво пробормотал он.

Я не совсем понял, о чем идет речь.

–  В облаках они пробудут всего минут двадцать,- на всякий случай напомнил я, полагаясь на данные, мелькавшие на экране.

–  Вот именно,- медленно проговорил капитан.- А у этой капсулы оболочка…- Он скривился и скептически покачал головой.- Интересно…

Что ему, в частности, интересно, мне было невдомек. Я смотрел как завороженный, с немым ужасом на мерцающий курсор, который представлял собой спасательную капсулу, медленно взбирающуюся по кривой траектории. Теперь они увязли в облаках. И тут я с ужасом вспомнил, что «Гесперос» на этой высоте был сожран аэробактериями. Но это заняло несколько дней, а спасательная капсула останется в облаках лишь считанные минуты, менее получаса.

«Лучше всего было выстрелить капсулой вверх по прямой»,- думал я, вглядываясь в экран. Но, согласно программе, избегая экстренных вредоносных перегрузок, капсула двигалась по касательной, почти параллельно поверхности планеты.

«Нет,- сказал я себе.- Можно, конечно, выстрелить сразу вверх перпендикулярно поверхности планеты, но на такой старт понадобится больше ракетного заряда, чем сможет уместиться в капсуле. Тогда они пройдут сквозь облака еще медленнее». Оставалось только надеяться, что времени им хватит.

Я оглянулся украдкой на Фукса. Он тоже не сводил глаз с экрана, только слегка хмурился. Сейчас он напоминал римского императора, наблюдающего смертельный гладиаторский поединок на арене. Кто погибнет? Или эти несчастные достигнут орбиты и окажутся в безопасности?

Интересно, а чего я за них так беспокоился? Ведь они убийцы. Они приговорили к смерти Саньджу. Они бы и Фукса с удовольствием убили - если бы смогли. И меня. Уж это точно, к гадалке не ходи! Это мятежники и убийцы. И все же я переживал из-за них, надеясь, что они переживут это испытание.

У Фукса не было подобных сомнений. Он знал, что им предстоит пробраться сквозь облака, он помнил про жуков. И он не простил им того, что они совершили. Потому что они совершили преступление. Для него это казнь. На своем корабле он выполнял роль судьи, прокурора и, возможно, палача. Желтая строчка сообщения замигала у меня перед глазами. Я тут же включил наушники и поднес микрофон ко рту. Затем нажал клавишу, отправив сообщение на небольшой экран справа на пульте.

Лицо Багадура было взволнованным не на шутку.

–  Мы теряем давление!
– От его голоса засвербило в ухе.- Эти жуки нарушили герметизацию главного люка!

–  Передайте сообщение на мой экран,- распорядился Фукс, не успел я и рта раскрыть, чтобы известить его о происходящем.

Я подчинился.

Грудь Багадура тяжело вздымалась. Он судорожно размахивал руками:

–  Это жуки! Они добрались до нас! Фукс молчал.

–  Надо что-то сделать!
– заверещал Багадур.- Давление падает.

За ним были видны пристегнутые крест-накрест еще двое заговорщиков - мужчина и женщина, с хмурыми и негодующими лицами.

–  Ничего не поделаешь,- отозвался наконец Фукс голосом холодным и твердым, как ледяное стекло.- Остается только надеяться, что они не успеют съесть капсулу, пока вы проходите через облака.

Женщина взорвалась, испустив длинную серию шипящих слов. Видимо, ругательств. Фукс покачал головой:

–  Я ничем не могу вам помочь. И никто не может.

–  Но вы должны!
– Багадур находился на грани истерики, с выпученными глазами, тяжело вздымающейся грудью, молотя руками в воздухе. Если бы не ремни, он бы сейчас бегал по свободному пространству капсулы, как безумный.- Вы должны!
– кричал он, не смолкая.

–  Выключи звук,- распорядился Фукс.

Я потянулся к клавиатуре. Рука моя в нерешительности зависла над клавиатурой.

–  Выключить!
– рявкнул капитан.

Я нажал нужную клавишу. Неистовые мольбы Багадура тут же стихли, оставалось лишь его безумное лицо и жуткий страх в глазах.

Телеметрической связи между капсулой и «Люцифером» не было, она отсутствовала, просто по ненадобности. Никому в голову не могло прийти, что такое может когда-либо понадобиться. Мы не знали, что показывают приборы на борту капсулы. Но я видел ужас на лицах астронавтов, пока они летели среди заполненных жуками облаков. У меня перехватило дыхание. Я переводил взгляд с них на график, показывающий их продвижение к орбите планеты.

Мигающий белый курсор замедлил движение у верхнего слоя облаков, секунды, казалось, растягивались в часы. Все это время Багадур и его сообщники сидели с вытянутыми напряженными лицами, скованные ужасом. Их рты были безмолвно раскрыты.

Затем они наконец прорвались сквозь облака. Курсор оказался над границей верхнего слоя облаков, в свободном пустом пространстве.

–  Они сделали это! У них получилось!
– не удержался я от возгласа.

Фукс отозвался с сарказмом:

–  В самом деле?