– Нужно сначала все как следует продумать.

* * *

– Боже, ну и дыра, – говорю я, в который раз оглядывая бар, на который мы наткнулись по пути из промзоны.

По правде говоря, это какой-то частный комплекс – то ли для туристов, то ли для дальнобоев. Бистро, бар, танцплощадка, а на втором этаже номера для желающих отдохнуть. Мне больше приглянулись беседки с мангалами возле главного здания, но они закрыты до наступления полноценного весеннего тепла: попробуй мы туда завалиться, давно примерзли бы уже к лавкам.

– А мне нравится, – хихикает Ева.

После двух коктейлей она выглядит расслабленной, черты ее лица разгладились, враждебность во взгляде угасла.

– Конечно, это же ты меня сюда затащила, – напоминаю я.

– Мне ужасно хотелось есть! А эти ребрышки – м-м-м… – Она закатывает глаза и вытягивает губы трубочкой. – Они были просто великолепны! – Ева вдруг подскакивает на стуле при виде официантки. – Девушка, передайте шефу, что блюдо божественно! И можно нам повторить? – указывает на коктейли.

– Может, уже…

– Цыц! – Ева не дает мне договорить, закрывает мой рот рукой. – Не командуй! – Она убирает пальцы от моих губ и придвигается ближе. – Ты можешь хоть один вечер не быть таким занудой? Твоя тачка на парковке. Как закончим, поедем на такси. В чем проблема? Отдыхай!

– Я за тебя переживаю.

– Мой ты лапочка, – смеется Ева, положив ладонь на мое бедро.

По правде говоря, какой-то части меня нравится видеть ее такой. Мягкой, игривой. Нравятся эти долгие взгляды, томные улыбки, которые она мне дарит. Нравятся прикосновения, близость ее тела, запах кожи и волос.

Другая часть меня все еще напряжена. Алкоголь может помочь мне выразить чувства, найти слова, которые я раньше не находил. Но Ева не сможет воспринять их здраво и примет решения, которые ей непременно захочется потом отыграть назад.

– Смотри, что я нашла, – придвигается она еще ближе, когда приносят напитки. – Офис продаж этих таунхаусов находится прямо там – в одном из построенных домов. Как удобно! И даже микрорайон будет называться «Солнечная деревня» – по названию компании-застройщика.

– Может, не будем сейчас о работе?

Ева замирает, фокусирует на моем лице взгляд и после неловкой паузы решительно запускает свои пальчики в мою щетину.

– О-о-о, – тянет она, нежно царапая кожу под растительностью на моем лице. – Вот как это работает!

– Похоже, тебе пора домой, – заключаю я, не в силах пошевелиться.

– Похоже, мне пора в дамскую комнату, – выдыхает Ева мне в губы.

Смеется, отстраняется и выбирается из-за столика. Она идет, покачивая бедрами, и я любуюсь ее волосами, жидким шелком расплескавшимися по спине и качающимися в такт походке.

– Эй, красотка! Почему мы с тобой до сих пор не знакомы? – кричит ей какой-то урод, оторвавшись от игры в бильярд.

– Потому что Бог тебя бережет, дурачок! – отвечает Ева, проходя совсем близко.

Тот чуть не роняет кий и собственную челюсть, провожая ее взглядом.

– Да, это моя женщина, – произношу я шепотом, хотя мне хочется орать об этом на весь мир.

А еще нестерпимо хочется в этот миг размазать сальную улыбочку этого мужика по его мерзкой роже.

Глава 17. Ева

Artik & Asti – Неделимы

Я замираю у раковины. Смотрю в отражение и не узнаю себя. Споласкиваю руки ледяной водой и прикладываю к горящим щекам, но легкий, приятный туман в голове не рассеивается. Может, мне написать Илье или Артёму? Спросить, как лучше поступить. Или позвонить девочкам? Написать в наш чат? Ох нет, я и так знаю, что получу лишь плохие советы. Эти сводницы посоветуют мне оседлать Адамова, точно дикого жеребца. Чего я, собственно говоря, и хочу. Но не могу. Или… могу?

Я бью себя по щекам.

Эй, дурочка, приди в себя!

Что ты пообещала себе в тот день, когда он не пришел? Закрыть эту тему и не вспоминать о Даниле больше никогда. Пообещала не бегать за мужчинами, не унижаться, повзрослеть и стать сильной.

– Голова сейчас взорвется! – бормочу я, сдавливая пальцами виски.

– Если не можешь решиться, дорогуша, – говорит плотно сбитая женщина лет пятидесяти, вышедшая из дальней кабинки, подходит к свободной раковине и включает воду, – то просто представь, что ты этого не сделала. Если жалеешь – делай, – подмигивает она мне в зеркало, закрывает кран, стряхивает с рук воду. – И если тот красавчик с шикарной бородой тебе не интересен, я готова взять его на себя.