Чепрагин вздрогнул от неожиданности — там, где еще мгновение назад ничего, кроме облетевших кустов, не было, выросла вдруг фигура в камуфляже, неуловимо знакомая. Он вскинул было автомат, готовый без долгих раздумий нажать спусковой крючок, но был вовремя остановлен негромким окриком:

— Все нормально, это я…

Услышав голос Суворина, Чепрагин удивленно опустил оружие. Сержант вскинул голову — он уже не чаял увидеть Панкрата в живых.

— Поднимайтесь ко мне, — проговорил тот. — Надо уходить как можно быстрее.

Увидев, однако, что Шумилов не может передвигаться без помощи Чепрагина, Панкрат быстро спустился вниз по тропе и подставил сержанту свое плечо. Вдвоем они подняли Шумилова наверх в считанные секунды.

— Перелом? — полуутвердительно спросил Суворин, кивая на туго спеленатую щиколотку сержанта. Тот пожал плечами.

— Трещина, скорее всего…

Какое-то время они молчали. Наконец Панкрат осторожно спросил:

— Остальные?..

— Погибли, — тихо ответил Чепрагин. — Рахубу подстрелили. Роман сам себя подорвал…

— И парочку этих ублюдков заодно, — добавил Шумилов.

В глазах сержанта сверкнул мрачный огонь. Панкрат не стал ничего говорить. В какой-то мере он чувствовал себя виноватым в смерти этих ребят — не задержись он в пещере, чтобы забрать и перепрятать ноутбук, а присоединись к ним, все могло бы быть несколько иначе… Хотя никто не знает наверняка.

— Спуститься бы да похоронить ребят… — произнес вдруг сержант. — Чеченцы вроде убрались.

Чепрагин недоумевающе посмотрел на Шумилова.

— Думаешь, после взрыва что-нибудь осталось? — с сомнением в голосе спросил он. — Рахуба с Романом остался, в одной яме…

Сержант безучастно кивнул:

— Да, точно…

Суворин оценивающе глянул на Шумилова. Весельчак и зубоскал, тот явно терял форму. Да и не мудрено — лишиться двоих товарищей и сломать ногу в горах, вдали хоть от какой-нибудь медицинской помощи. В боевых условиях. Последнее означало почти смертный приговор.

А Чепрагин, который казался Суворину более мягким и не таким циничным, как сержант, сделался, наоборот, жестче и решительнее.

— Чего здесь маячить? — первым нарушил он затянувшееся молчание. — Ребят не вернем, а сами на глаза вахам попадемся. С Мироном сейчас много не набегаешь.

Панкрат кивнул. Да, сейчас было самое время уйти в тень.

— Ты прав, лейтенант, — произнес, наконец, он. — Знаю я тут одно местечко… Схоронимся там. На время.

— Откуда у вас столько оружия? — спросил Чепрагин, снаряжая очередной магазин к “Калашникову”. — Грабите склады вахов?

— Как можно, Коля, — ернически укорил лейтенанта Шумилов, опередив собравшегося было ответить Панкрата. — С вертолетов сбрасывают, конечно же. Знаешь, есть такая штука, гуманитарная помощь называется…

Суворин усмехнулся. Шутит — значит, входит в норму. Оторвавшись на мгновение от чистки автомата, он бросил быстрый взгляд на сержанта: тот лежал на топчане, сооруженном из веток, накрытых обрезками брезента, и обгладывал ножку куропатки, которую Панкрат утром вытащил из самодельных силков и изжарил. На лице Шумилова, впрочем, не было и тени улыбки — как правило, он шутил с непроницаемо серьезным лицом.

— Нет, в самом деле, — настаивал Чепрагин, отмахнувшись от сержантских выдумок. — Откуда? И в том вашем укрытии — автоматы, патроны, гранаты… Здесь — вообще арсенал целый.

Он уважительно кивнул в сторону переносного гранатометного комплекса российского (уважают боевики оружие противника, что ни говори!) производства. Смертоносная машинка стояла у стены, раскорячившись на трех выдвинутых опорах, словно диковинный краб; короб с упрятанной в нем лентой был подвешен к ствольной коробке и больше всего походил на какую-то опухоль, поразившую железное чудовище.

Суворин проследил за его взглядом. Кивнул:

— Хорошая машинка-Сержант не преминул подать голос со своего топчана:

— Куда уж лучше: четыре сотни выстрелов в минуту, лента на девяносто зарядов и весу всего пуд. С такой дурой можно и стометровку бегать.

Чепрагин покосился на него:

— Молчи уже, спринтер… Теперь тебе только бегать.

Шумилов зашевелился, осторожно свесил с топчана ногу, упакованную в самую настоящую шину, и попытался встать. С первого раза не получилось — он повалился обратно на топчан. Но на подбежавшего, чтобы помочь, лейтенанта зыркнул так, что тот поспешил вернуться к своему прерванному занятию.