– Вот этот, самый длинный, не трожь вообще...

– А не то что?

– Улетишь так далеко, что и представить сложно. Я вот бабку не послушал, теперь с тобой балакаю... А ведь совсем недавно почти возле Киева был...

– Ага. А остальные?

– Про остальные бабка не знала, а я не пробовал.

– А вот сейчас и попробуем!
– глаза Молчана засветились все тем же задором, что Руслан на себе испытал в избушке бабы-яги, и богатырь вдруг понял, что волхв-то тоже молод, весен двадцать пять, никак не больше.

– А не боязно?

– А, когда ни помирать - все одно день терять...- беспечно махнул рукой Молчан и повернул третий рожок оберега.

Ничего не произошло. Руслан и Молчан некоторое время пристально смотрели друг на друга, затем одновременно пожали плечами и сразу же волхв крутанул четвертую загогулину. Ночное небо перечеркнула широкая огненная полоса, совсем рядом, верста с небольшим гаком, бабахнуло, лес было загорелся, но почему-то пожар сразу прекратился. Волхв и воин обалдело смотрели в ту сторону. Первым пришел в себя Молчан.

– Пожалуй, пока хватит. Третий, похоже, сломался, но четвертый... Да...

– Пойдем, посмотрим?
– предложил Руслан. Молчан подумал, согласился. Пошли. Молчан прихватил с собой посох. Руслан полюбопытствовал, из чего тот сделан. Волхв протянул посох ему:

– На, подержи.
– посох оказался на удивление тяжелый.
– Это Железное дерево. Сам-Сшит называется. В Таврике растет.

Конь Руслана увязался следом, Руслан приказал ему оставаться на месте.

– А я что, не человек, что ли?
– проворчал конь.
– Мне тоже интересно!

– Пусть идет, - разрешил Молчан.- А то потом вопросами замучает...

Прошли с версту, где по почти голой земле, где по колено в снегу. Вышли на поляну. Прямо посреди поляны зияла здоровенная яма, куда свободно вместился бы княжеский терем.

Со дна ямы поднимался пар, сквозь него просвечивало что-то большое и докрасна раскаленное.

– Небесное железо!
– глаза молодого волхва лихорадочно блестели.
– Сотня пудов, не меньше. А то и две. Вон, яма-то какая...

– Князю надо бы сказать. А то он тогда за пригоршней этого железа мотался, а тут его вон сколько...

– А ты позови князя за город, отъедете подальше, крутани эту хреновину, раз - и на всю дружину небесных мечей наковать можно...

– Да, у Людоты руки отсохнут столько ковать... Да и не дело это...

– Что?

– Люди работают, ищут руды, кто и надрывается, живот кладет, а тут все так просто - раз! и гора небесного железа вот так вот, задурно, прямо в руки... Да за эту вот глыбу, поди, весь Царьград купить можно! Ну, весь - не весь, но половину - точно... А если вторую сверзить, тогда уж точно весь.

– Странные мы, люди. Эвон, богатство какое. А мы морду воротим. Мол, неправедное. Не потел за него, мозоли не натирал, - значит, нечестно. А в бою взял, во взятом граде награбил, это - честно?

– Война - это работа. Там я не задурно беру, а за кровь свою. За жизнь побратимов моих. Это вира, понимаешь?

Постояли у края ямы, помолчали. Пар почти весь поднялся, и стала видна массивная глыба с красными прожилками - не все еще остыло. Двое так же молча развернулись, пошли обратно к костру. Конь послушно шел следом и вопросов не задавал.

У костра тоже долгое время хранили молчание, потом Молчан произнес:

– Ты что-то начал рассказывать про то, как этот оберег к тебе попал...

– Да, в общем-то, ничего особенного...
– начал Руслан.

Тучи закрыли звезды, стало совсем холодно, когда молодой воин закончил свой рассказ.

– Да... Интересно... Да только утро вечера мудренее, а уж ночи - тем более. Предлагаю поспать, а завтра все станет ясно.
– сказал разговорившийся Молчан, жестом приглашая Руслана в землянку.

Жилище отшельника оказалось тесным и низким, богатырь на четвереньках вполз туда и растянулся на шкурах. Волхв втиснулся рядом, накрыл обоих той шкурой, в которую до того кутался сам.

– Молчан...

– Да?

– Тебя всегда Молчаном звали?

– Нет... Раньше Балаболом кликали...

Руслан усмехнулся чему-то, но ничего более не сказал. Вскоре до волхва донесся его богатырский храп.

Снилось ему многое. Был там и чернорожий колдун с длиннющей бородой, и девки, почему-то голые, но все как одна - красавицы редкостные, и князь Владимир, и молодой волхв Молчан, и давешняя баба-яга, и еще какой-то голубоглазый лысый парень, покрытый множеством шрамов... А потом Руслану приснился его конь, говоривший: