– Добрый день, бабуся!
– наугад поздоровался Руслан. Ворох зашевелился, из-под него вылез облезлый тощий черный кот, затем еле слышно донесся дребезжащий старческий голос:

– Какой же он добрый, ежли вторую седмицу жрать неча и изба уж забыла, когда тепло было?

– Понял. Ты лежи, бабуся. А с остальным всем, авось, сладим.

Топорик, не Род весть какой, правда, он еще в сенях приметил. Там же и оселок отыскался. Сухостоя вокруг - обрубись. Силушка молодецкая, да топорик вострый - и вот уже и поленница полна, и огонь в печке гудит; лопата нашлась колодезь расчищен, две бадьи воды студеной в избе, и котел на печке уж шипит; лук со стрелами с собой были - чуть в лес отошел, глядь - косой бежит. Вжжжик! Готов.

– А что, бабуся, крупа какая есть?

– Есть, есть!
– радостно кивает баба-яга, трясущимися ручками развязывая мешочек с крупой.

Чуть оттаяв, старушка сварила себе отварчик какой-то, хлебнула, и оттаяла окончательно. Повеселела, глазки заблестели. А Руслан и сам не заметил, когда исчезли последние остатки мучившего его похмелья.

– Пора обратно мне, бабуся. Уж смеркаться скоро начнет, а путь не самый близкий.

– А ты, милок, торопись, да медленно. Я и отблагодарить тебя еще не успела, а ты уж собрался. Экий скорый!

– Да не надо мне твоей благодарности, бабушка. Помоги другому кому...

– Эээ, нет, Руслан. Ведаю, что ты затеял, дело энто весьма сурьезное, требует подготовки. Колдуна ведь изловить удумал?

– Гм... да...
– Руслан хотел было поинтересоваться, откуда бабка про это знает, но, по некотором размышлении, решил все же промолчать.

– Да знаю, все про тебя знаю - я баба-яга, или кто? Думы-то твои, вот они, на поверхности, так по челу туда-сюда и бегают. И чего ты ополчился на этого Черноморда? Чем старик тебе не угодил?

– Дык ведь тать он, девок умыкает, мучит их, поди... Неровен час и до наших красавиц доберется...

– Доберется, не сомневайся. Да можешь мне не и рассказывать. Молодому богатырю жизнь без подвигов - не жизнь. И если нет подходящего чуда-юда в родных местах ( а ведь есть, только поискать получше надо), надо идти за тридевять земель и тридесять морей, искать себе славы... Не ты первый, милок, да не ты и последний. Эвон, жидовин-то ваш, Илья который, как с печки слез, как силушку почувствовал - прямо озверел. Полсвета облазил, прежде чем на заставу-то встать, а уж скольких чудищ порубал да булавой своей в землю по уши вбил - так и вовсе не считано... Ну что ж, иди за своим колдуном. Обереги есть у тебя?

– А как же!
– Руслан нащупал обереги.- Есть!

– Дам тебе еще один.

– Что за оберег?
– посерьезнел богатырь. К волхованиям, оберегам и всему прочему, что от богов исходило, он всегда относился с должным почтением.

– Оберег - всем оберегам оберег. Говорят, еще от Старых Волхвов остался! произнесла баба-яга с самым таинственным видом и принялась рыться в большом ларе.
– ...вот он!
– она протянула Руслану деревянную бляху, кривую во все стороны, с семью разными рогами. Вид у бляхи был весьма неказистый, но в то, что это несомненный оберег, молодой воин поверил сразу. Обереги - чай, не побрякушки девичьи. Не в красоте их сила.

– Оберег этот, - значительно произнесла бабка, - не прост, ох как не прост. Многое делать он умеет. Вот, к примеру, ежели вот этот рог повернуть запомни, вот этот, на птичий клюв похожий - сразу начнешь разуметь все звериные и птичьи языки.

– А зачем оно мне надо?
– не понял Руслан.

– Пригодится. Лишнее знание никому еще не помешало. Попробуешь?

– А почему бы и нет?
– пожал плечами богатырь. Взял оберег, крутанул легонько "птичий клюв", прислушался.

– Ну, и как тебе, человече?
– поинтересовался кот из-под лавки.

– Помогай боги! Вот это да!
– глаза Руслана округлились и поползли на лоб.
– А... а у меня голова не лопнет?

– С чего бы это?
– спросила старушка.

– Да столько знаниев теперь запихнуть придется... Ведь хошь-не-хошь, а все слышно... Эвон, дятлы бранятся... Забавно как...

– Не лопнет. Голова, милок, она много чего вместить может.
– баба-яга с улыбкой наблюдала, как осваивается богатырь со своим новым умением.
– Ты вон на волхвов посмотри, много знают?

– Вестимо, много.

– А хоть одного волхва с лопнутой головой видал?

– Нет...

– Так-то. И ты не лопнешь. А вот что поумнее будешь малость - так оно тебе лишь на пользу.

– Угу. А другие рогулины что делают?

– Не знаю.- потупила взор баба-яга.- Не мой ведь оберег, объяснить некому было. А сама не пробовала. Про "клюв" леший один поведал.

– А ну как теперь я сам попробую!
– Руслан загорелся азартом, начисто позабыв о том, что почти уж и смерклось, а ехать до Киева неблизко.- А вот хоть этот, что подлиннее...