Когда он повернулся, у нее даже дыхание перехватило. Невероятно привлекательный человек! Его каштановые волосы, разделенные пробором, были аккуратно подстрижены. Черты лица необычайно острые: скулы как лезвия, тонкий прямой нос, изящно вылепленные губы — портрет довершали светло-карие глаза, широко расставленные и совершенно неотразимые. Он был одет в повседневную угольно-черную рубашку и спортивные брюки с перепончатым поясом, а в руке сжимал почти пустую бутылку греческого пива; запястье украшали золотые часы на кожаном ремешке. В общем и целом он являл собой чрезвычайно соблазнительный кусочек мужской плоти.

Сделав к нему шаг, она остановилась, почувствовав в позвоночнике укол беспокойства. Мужчина смотрел на нее как-то странно, словно разделял на элементы и изучал каждый элемент в отдельности — радужку глаза, локон на щеке, подбородок, грудь. Он перевел взгляд на вторую грудь, рассмотрел ее с величайшей сосредоточенностью и опустил глаза ниже, на бедра. Вместо того чтобы обидеться, она, как ни странно, почувствовала себя польщенной.

— Мне повернуться, чтобы вы смогли рассмотреть и остальное?

— Не стоит, если только вы сами этого не желаете. — Голос был глубоким и мягким, словно исходил из морских глубин.

Дверь коттеджа распахнулась» и вышла Сюзанна со стаканом ледяной воды. Она казалась напряженной.

— Пейджи, ты уже вернулась? А я и не слышала мопеда.

— Я только что подъехала. — Пейджи сняла с багажника полосатый пакет с продуктами, купленными на рынке, и опять с любопытством уставилась на гостя.

— Знакомься, Пейджи, это Янк Янковский. Янк, это моя сестра Пейджи.

Пейджи едва не поперхнулась. Так это и есть Янк? Это и есть тот полусонный гений, о котором Сюзанна и Митч рассказывали всякие байки? Сюзанна что, слепа или просто выжила из ума?

Пейджи принялась оценивающе разглядывать Янка.

— Ничего удивительного, Сюзанна, что тебя так прельщает большой бизнес. У тебя не найдется еще припрятанных партнеров мужского пола?

Сюзанна посмотрела на нее непонимающим взглядом.

Пейджи, вновь переключив внимание на Янка, заметила, что его взгляд погружается в себя. Он принялся обшаривать карманы, бормоча что-то нечленораздельное, а затем — не сказав никому ни слова — прошел мимо них и исчез в коттедже.

Пейджи следила за ним с изумлением.

— Ради Бога, да что это с ним…

— Он работает над чем-то. У него это случается постоянно. — Сюзанна, сделав глоток воды, отставила стакан. Ее рука слабо подрагивала. — Пейджи, не дай ему увезти меня.

— О чем это ты?

— Янк приехал, чтобы отвезти меня обратно. Я… я еще не готова.

Пейджи посмотрела на нее с любопытством:

— Ну так и не уезжай! Я уже говорила, что ты можешь оставаться здесь сколько пожелаешь.

— Ты его не знаешь. Уж коль он настроится на что-то, его невозможно от этого отвлечь. Он вроде Сэма, но немного другой. Он такой деликатный. Добрый. Ну, это трудно объяснить.

— Это же смешно, Сюзанна. Не может же он забрать тебя, если ты этого не захочешь.

Сюзанну ее слова не убедили.

— Вот уж не думала, что он приедет сюда. Янк никогда не путешествует один. Он не может управляться с вещами.

— А по-моему, еще как может! — Пейджи, забавляясь, покачала головой. — Не могу поверить, что он и тот растяпа, о котором вы с Митчем рассказывали всякие истории, — один и тот же человек. Сюзанна, он же невероятно сексуален!

Сюзанна, казалось, была слегка огорошена.

— Ну, он здорово изменился с тех пор, как мы организовали компанию. Сейчас-то он выглядит получше, чем когда я впервые увидела его. Все те женщины, что были у него за эти несколько лет, привели его в божеский вид. Полагаю, это происходило так постепенно, что те, кто общается с ним постоянно, почти не заметили изменений.

— Что ты имеешь в виду под «божеским видом»?

— Они покупали ему одежду и выкинули то кошмарное тряпье, что он носил. У него была ужасная стрижка ежиком, прямо как в пятидесятые годы, и еще эти безобразные темные очки со стеклами, словно донышки от бутылок из-под кока-колы. Его подружки почистили его, организовали ему гардероб и заставили носить контактные линзы — вот так. Но это только внешний лоск. Янк остается все тем же Янком. И потом, — она слегка поежилась, — иногда с ним бывает просто жутко.

Это была первая фраза из всего сказанного Сюзанной, которая хоть что-то прояснила для Пейджи.

Пейджи пригласила Янка, как и Митча, остаться переночевать и приготовила ему восхитительный обед. К чести Янка, он сумел поддерживать беседу на протяжении почти всего обеда, отключившись лишь один или два раза. Когда посуда была вымыта, он попросил Сюзанну проводить его на пляж.

Она принялась возиться с пробкой, заталкивая ее в бутылку с вином, которую они не допили.

— Давай сходим завтра. Сегодня я немного устала.