— Но как же ты сюда прошла без моего разрешения?

Она кивнула в сторону сержанта, который теперь тревожно наблюдал за ними.

— Он меня пропустил. Я его очень-очень попросила.

— Ах ты моя искусительница! Но я так рад тебя видеть. Ну, пошли, пошли в мои апартаменты.

Он, не ожидая согласия, повлек её за собой. «Только бы не встретиться с Пряхиной!» — подумала Марутаева, когда двери лифта захлопнулись, и Пантов нажал на кнопку этажа, на котором несколько минут назад уже побывала Клякса. Но на этот раз ей не повезло, и когда кабина остановилась, они нос к носу столкнулись с помощницей депутата Сердюкова. Увидев бывшую гостью в присутствии Пантова, Леночка в удивлении приподняла брови, и Светка прочитала в её взгляде немой вопрос: уж не жаловаться ли решила невеста Кантоны?

Они разминулись, не сказав ни слова друг другу. Пантов, по-прежнему не выпуская руку Кляксы, тащил её в сторону своего кабинета. Они вошли, и в углу за компьютерным столиком она увидела Вована, который так не по-джентельменски обошелся с ней в доме отдыха. Они встретились взглядами, и она не могла не увидеть, как на лице обидчика заиграла пренебрежительная улыбочка. Пантов не заметил, а скорее почувствовал испуг Светки и неприязнь к ней своего помощника, которыми они обменялись, разглядывая друг друга. Еще одна нелепейшая ситуация, но на выручку пришел Пантов.

— Неаронов, привез бы ты мне из избирательного штаба последние подписные листы, — не попросил, а скорее приказал депутат, требуя, чтобы помощник освободил от своего присутствия испугавшуюся девчонку.

Неаронов, совсем не ожидавший такого распоряжения и желавший быть свидетелем интимной встречи, перевел вопросительный взгляд на своего начальника:

— Я больше чем уверен, что они ещё не готовы…

— Ну, так ты отправляйся и поторопи счетчиков, — уже с нескрываемый негодованием прошипел Пантов.

Они скрылись за дверями его кабинета, депутат обхватил её за талию:

— Я знал, что ты придешь.

Она скривилась и постаралась высвободиться из его объятий.

— Я не за этим сюда пришла, Михаил Петрович…

— Ну, конечно, не здесь. Конечно, не сейчас. — Не понял он в её голосе ноток отторжения. — Мы встретимся сегодня вечером у меня дома.

Ей, наконец, удалось отбиться от его ласк. И теперь, упреждающе выставив ладони вперед, дабы остудить пыл бывшего любовника, она, запинаясь, быстро затараторила:

— Между нами больше не должно быть никаких отношений. Никаких. Вы человек не честный, Михаил Петрович, как мне стало известно, даже обручившийся…

— Ах, вот оно что! — поникшим голосом прошептал он, поняв откуда дует ветер, — и с негодованием заговорил, — Вероятно, Виолетта Павловна, моя старая подруга и бывшая любовница, уже успела накаркать с кем, куда и зачем я на несколько дней отбывал. Так?

Клякса, не сказав ни слова, опустила голову. Пантов поднял со стола какую-то папку и с силой швырнул её обратно.

— Поверь мне, Светочка, я не люблю ту женщину. Но я занимаюсь политикой, а она иногда требует некоторого лавирования…

— Продажности, — немного осмелев, поправила его Клякса.

— Это очень грубо. Но, если ты хочешь, пусть будет так. Бывает, что и в самом деле приходится мешать ложь с правдой, но делается это только во благо.

— Кому?

— Всем. Тебе, мне, обществу. Мне трудно тебе объяснить…

— Что-то похожее на мою профессию. — Понимающе кивнула Светка, — Порой мне не нравится мужчина, но я всем видом показываю, что без ума от него. А иногда так заиграешься, что начинаешь верить в собственное вранье. У вас такого не бывает?

— Прошу тебя, не вспоминай больше о прошлом. Мне становится очень больно, когда я слышу, кем ты была и чем занималась. Я сделаю все, чтобы этого никогда не повторилось.

— И что же вы сделаете? — с вызовом посмотрела на Пантова Клякса.

— Я увезу тебя из этой страны. Если хочешь — увезу навсегда. Во Францию, в Ниццу, — Он заметил, как она вздрогнула при упоминании Франции, и с ещё большим жаром принялся уговаривать, — Я ведь специально туда летал. У меня там собственность. Я купил под Ниццей коттедж. Ты можешь там жить. Я буду прилетать к тебе…

Она деланно вздохнула:

— И в качестве кого вы меня там будете содержать в Ницце?

Пантов осекся. Он не ожидал от этой девчонки, которую считал недалекой простушкой, такого прямого вопроса. Раздумывая над ответом, он дернул плечами:

— Я не могу на тебе жениться, Света…

— Ну вот, видите, сами же себе и противоречите. Любите, а жениться не можете. Потому что у вас есть другая женщина. Одна, проститутка, — для забавы, другая, с положением, — для карьеры. Не надо мне пудрить мозги, Михаил Петрович! Может быть, в политике я не научилась разбираться, но, когда мужчины врут открыто и нагло, я сразу улавливаю фальшь.